, символика в различных цветах.
Тяжелый танк Panzerkampfwagen VI "Tiger" PDF Печать E-mail
Автор: Олег Бегинин   
03.09.2010 00:47



При всей своей популярности тяжелый немецкий танк “Тигр” выпускался сравнительно недолго - с августа 1942 года по август 1944 года. Всего за период серийного производства на заводе фирмы “Henschel” было изготовлено порядка 1354 танков. Пик выпуска пришелся на май 1944 года, когда заводские цеха покинуло 104 машины. Процесс изготовления “Тигра” был очень сложным и дорогостоящим делом, что в условиях военного времени являлось большой проблемой. В ходе производства в конструкцию машины вносились многочисленные изменения. И тем не менее, в конструкции этого танка воплотились самые передовые идеи немецких танкостроителей. Именно он стал первым тяжелым немецким танком, выпускавшимся крупносерийно. По боевым характеристикам танк “Тигр” превосходил все средние и тяжелые танки стран антигитлеровской коалиции, но уступал советскому тяжелому танку ИС-2.

 

Работа по созданию нового тяжелого танка в рамках программы Panzerkampfwagen VI началась в конце января 1937 года, когда фирма “Henschel” получила заказ на проектирование боевой машины под условным индексом DW1 (Durchbruchwagen - машина прорыва). Корпус этого 30-тонного танка состоял из двух частей, соединявшихся друг с другом болтами - металлургические заводы еще не могли в то время изготовить катаные броневые листы большого размера толщиной 50 мм. Ходовая часть состояла из пяти обрезиненных опорных и трех поддерживающих катков на борт, ведущего колеса переднего расположения с гребневым зацеплением и гусеницы шириной 300 мм. Подвеска - индивидуальная, торсионная. Проходившее испытания шасси танка с балластом вместо башни оснащалось 280-сильным двигателем Maybach HL 120, коробкой передач Maybach Variorex и механизмом поворота типа Cletrack. Максимальная скорость движения 35 км/ч.

Разрабатывавшийся с сентября 1938 года вариант DW2 имел отличия от своего предшественника в конструкции коробки передач, стояночного тормоза, гусениц, бортовых передач, ведущих колес и подвески. На танк предполагалось установить башню от Pz.Kpfw.IV с 75-мм пушкой и спаренным пулеметом MG-34. Второй пулемет должен был устанавливаться в лобовом листе корпуса справа. Как и в первом случае, дело ограничилось постройкой и испытаниями шасси.



У опытного танка VK 3001(H), последовавшего за двумя первыми прототипами и созданного, как и они, под руководством начальника отдела перспективных разработок фирмы “Henschel” Эрвина Адерса, толщину лобовой брони корпуса довели до 60 мм, применили гусеницу шириной 520 мм и расположили опорные катки в шахматном порядке, 6-цилиндровый двигатель Maybach HL 116 мощностью 300 л.с. при 3000 об/мин позволял 30-тонной боевой машине двигаться со скоростью 35 км/ч. Были изготовлены три опытных шасси, которые использовались для испытания различных узлов и агрегатов. Когда в мае 1941 года Гитлер приказал начать разработку самоходных противотанковых установок с мощными пушками калибра 105-мм и 128-мм, для построенных VK 3001(H) нашлось иное применение. На базе двух шасси этого типа фирма “Rheinmetall-Borsig” в Дюссельдорфе изготовила тяжелые САУ 12,8-cm Panzer-Selbstfahrlafette V. 128-мм пушка Gerat 40 с длиной ствола 61 калибр и начальной скоростью снаряда 910 м/с, созданная на базе зенитного орудия, была установлена в открытой сверху рубке в кормовой части корпуса. Для размещения орудия массой 7 т пришлось удлинить ходовую часть, введя восьмой опорный каток. В рубке с толщиной стенок 30 мм размещались 5 членов экипажа и 18 пушечных выстрелов. Масса машины достигла 36 т. Обе самоходки отправили на Восточный фронт, где одну из них осенью 1943 года захватили советские войска. В настоящее время эта уникальная машина является экспонатом танкового музея в Кубинке.

Параллельно с фирмой “Henschel” над проектом нового тяжелого танка работала и фирма “Porsche”. Машина VK 3001(Р) - первая созданная в цехах нового завода “Nibelungenwerke” - получила фирменное название “Леопард” (Leopard) и обозначение Тур 100. Были построены два опытных образца шасси, оставшиеся без башен, так и не поступивших от фирмы “Krupp”. Главной особенностью шасси фирмы “Porsche” стала электромеханическая трансмиссия. Два двигателя, изготовленные венской фирмой “Simmering-Graz-Pauker AG”, мощностью по 210 л.с. каждый вращали два генератора, которые, в свою очередь, приводили в движение два электромотора. От них крутящий момент передавался на ведущие колеса. Танк должен был получить модифицированную башню от Pz.IV с 75-мм короткоствольной пушкой. В дальнейшем на “Леопард” планировалось установить 105-мм пушку L/28. В 1941-1942 году обе машины проходили испытания, часто прерывавшиеся из-за многочисленных неполадок в трансмиссии.

В мае 1941 года во время совещания в Бергхофе Гитлер предложил новую концепцию тяжелого танка, обладавшего повышенными огневой мощью и броневой защитой и призванного стать ударной силой танковых соединений, в каждом из которых предполагалось иметь по 20 таких машин. В свете предложений фюрера и с учетом результатов испытаний опытных тяжелых танков были разработаны тактико-технические требования, а затем выдан заказ фирме “Porsche” на разработку танка VK 4501(Р) с 88-мм пушкой и фирме “Henschel” - на VK 3601(Н) с пушкой с коническим стволом. Изготовить прототипы предполагалось к маю-июню 1942 года.

Работа по сборке машины Sonderfahrzeug II, или Тур 101, официально именовавшейся в документах управления вооружений как Panzerkampfwagen VI, VK 4501(Р) Tiger(P), велась в цехах завода “Nibelungenwerke”. Компоновка как самого танка, так и моторно-трансмиссионного отделения осталась такой же, как у VK 3001(Р). Два расположенных параллельно друг другу 10-цилиндровых V-образных карбюраторных двигателя воздушного охлаждения Тур 101/1 мощностью 320 л.с. каждый с помощью клиноременной передачи приводили во вращение роторы двух генераторов. От последних электроэнергия подавалась на два электромотора, вращавших ведущие колеса танка. Всю электрическую часть трансмиссии поставила фирма “Siemens-Schuckert”. Что касается башни, то она разрабатывалась в инициативном порядке фирмой “Krupp” в тесном сотрудничестве с “Porsche”.

Между тем фирма “Henschel” быстро проектирует, изготавливает и выводит на испытания свой VK 3601(H), проходивший по документам также как Panzerkampfwagen VI Ausf.B. С шасси не возникло никаких проблем: моторно-трансмиссионная группа и ходовая часть были хорошо отработаны на предшествующих моделях. Боевая машина массой 36 т, защищенная 100-мм лобовой броней, достигала скорости 40 км/ч. Что же касается башни и вооружения, то для этого танка они так и не были созданы. Дело в том, что фирма “Krupp” предлагала свой Gerat 725 - 75-мм пушку с коническим стволом. Но когда выяснилось, что бронебойный снаряд этой пушки включает в себя вольфрамовый сердечник массой 1 кг, от нее поспешно отказались. Успешно прошедшая испытания, на которых, кстати, присутствовал министр вооружений А.Шпеер, машина оказалась не у дел.

Стоит отметить, что VK 3601(H) с самого начала рассматривался в качестве промежуточной модели, как ступенька к следующей, более мощной боевой машине. Недаром планируемый выпуск этого танка был ограничен 172 экземплярами. Поскольку первоначальный вариант вооружения оказался неудачным, а сроки поджимали, нужно было искать какое-то новое решение. И его нашли - на танк была установлена башня фирмы “Krupp”, разработанная для VK 4501(Р). Правда, для этого потребовалось увеличить диаметр башенного погона в свету с 1650 до 1850 мм, что вызвало изменение верхней части корпуса. У VK 3601(Н) появились надгусеничные ниши, а масса возросла до 45 т. Конструктивные изменения повлекли за собой и смену индекса: танк стал называться VK 4501(Н). Главным же было то, что на машине Э.Адерса, так же как и на танке Ф.Порше, “прописалась” 88-мм танковая пушка.

Это орудие было разработано фирмой “Friedrich Krupp AG” с использованием качающейся части зенитной пушки 8,8-cm Flak 18/36. В танковом варианте, получив дульный тормоз и электроспуск, пушка стала именоваться 8,8-cm KwK 36.

Впрочем, для танка фирмы “Henschel” предусматривался и второй вариант вооружения - 75-мм пушка KwK 42 L/70 в башне фирмы “Rheinmetall-Borsig”. Особенностью этой башни, изготовленной лишь в качестве деревянной модели в натуральную величину, был кормовой пулемет MG-34 в шаровой установке. Машина с башней изготовленной фирмой “Rheinmetall-Borsig” имела индекс Н2, с башней от фирмы “Krupp” - Н1.

В марте 1942 года Гитлер предложил отправить прототипы тяжелых танков на фронт, дабы провести испытания в реальных боевых условиях. Вскоре после этого весьма сомнительного предложения он объявил, сколько танков должно быть готово к октябрю 1942 и к марту 1943 года. Было полным отрывом от реальности требовать к концу сентября 1942 года поступления 60 машин от “Porsche” и 25 от “Henschel”, а к концу февраля 1943-го еще 135 боевых машин от обеих фирм. Тут необходимо отметить, что оба танка еще до начала каких-либо серьезных испытаний фактически уже были запущены в производство. В заводских цехах “Nibelungenwerke” началась сборка опытной партии сразу из 10 машин VK 4501(Р), а фирме “Krupp” заказали 90 башен. Вслед за этим Ф.Порше планировал выпустить 35 танков к январю 1943 года и 45 к апрелю. Еще дальше пошел его конкурент: изготовление первых 60 машин VK 4501(H) началось уже в середине 1941 года, и хотя к весне 1942-го был готов только один экземпляр, узлы и агрегаты остальных не пропали - их использовали впоследствии при сборке серийных “Тигров”.

20 апреля 1942 года, в день рождения Гитлера, оба танка были показаны фюреру в его ставке “Wolfsschanze” в Восточной Пруссии. Причем при доставке VK 4501(Н) возникли определенные трудности, поскольку гусеницы танка выступали за габарит железнодорожной платформы на 50 мм с каждой стороны. На время перевозки танка пришлось перекрывать движение на всех участках железнодорожной линии Кассель-Растенбург. Не обошлось без проблем и с танком Ф.Порше - при выгрузке с платформы своим ходом тяжелая машина увязла в грунте и ее пришлось вытягивать при помощи крана.

На следующий день обе машины прибыли в ставку. В 10:30, как это следует из воспоминаний Эрвина Адерса, начали собираться руководители Рейха и Вермахта. Геббельс и Геринг отсутствовали. Когда в 11:00 появился Гитлер, сотрудники фирм-изготовителей выстроились для представления фюреру. Затем состоялось награждение Фердинанда Порше Крестом за военные заслуги I класса. После торжественной части Гитлер около получаса осматривал машину Порше, внимательно выслушивая объяснения конструкторов. Танку Хеншеля он уделил всего 2-3 минуты, задал Адерсу один вопрос и отошел. Затем состоялся показ танков в движении.

После обеда прибыл Геринг. В присутствии его и министра вооружений Шпеера состоялись испытания на скорость. На участке 1000 м VK 4501(Р) развил максимальную скорость 50 км/ч, а его конкурент на участке 850 м - 45 км/ч. При этом двигатель VK 4501(H) перегрелся настолько, что возникла угроза пожара. После охлаждения двигателя танк был вновь готов к действию. Главный инженер фирмы “Henschel” Курт Арнольд предложил Шпееру сравнительные испытания на маневренность, судя по всему, не без тайного умысла: он хорошо знал слабые места машины Порше. Сырая, недовведенная электротрансмиссия серьезно затрудняла маневрирование VK 4501(Р), например, с огромным трудом танк совершал повороты на 90°. На этом фоне VK 4501(H) показал себя с самой лучшей стороны - многотонная машина крутилась буквально на пятачке, приводя в восторг зрителей.

Впрочем, эта демонстрация танков, по сути, ничего не решала - впереди были настоящие испытания на полигоне Берка, куда в мае 1942 года прибыли два VK 4501(Р) и один VK 4501(Н). В результате у танка фирмы “Porsche”, как и в случае с VK 3001(Р), выявили низкую надежность электротрансмиссии. Кроме того, машина имела неудовлетворительную проходимость и маленький запас хода - всего в 50 км. Поскольку Гитлер хотел использовать новые танки и в Северной Африке, этот показатель должен был равняться как минимум 150 км. Разместить же дополнительное количество топлива в танке оказалось невозможно из-за отсутствия места. Легко было предвидеть и многочисленные трудности, которые могли возникнуть при эксплуатации боевой машины на фронте. Необычная трансмиссия требовала переподготовки механиков-водителей и специалистов ремонтных служб.

Взвесив все “за” и “против”, несмотря на особое расположение Гитлера к доктору Порше, проводившая испытания комиссия приняла решение в пользу танка фирмы “Henschel”. Гитлер вынужден был согласиться. Машина получила обозначение Pz.Kpfw.VI (Sd.Kfz.181) Tiger Ausf.H1, а после принятия на вооружение в 1944 году танка Tiger II название изменили на Tiger Ausf.E или Tiger I. Уже изготовленные на заводе “Nibelungenwerke” 90 шасси VK 4501(Р) было решено использовать в качестве базы для тяжелых штурмовых орудий, вооруженных 88-мм противотанковой пушкой, созданной на базе зенитки Flak 41 с длиной ствола в 71 калибр, - будущих “Фердинандов”.

В начале августа 1942 года началось серийное производство нового тяжелого танка, что, впрочем, не означало конец испытаний. Они продолжались, но уже на главном танковом полигоне Вермахта в Куммерсдорфе. Первый танк прошел к тому времени 960 км. По среднепересеченной местности машина развивала скорость до 18 км/ч, расход топлива составлял при этом 430 л на 100 км.

К 18 августа 1942 года были выпущены первые 4 “Тигра”. Пятую и шестую машины 27 августа отправили в Фаллингбостель, где формировались 501-й и 502-й тяжелые танковые батальоны. Сборка танков осуществлялась на заводе фирмы “Henschel” в Касселе. К производству башен была привлечена фирма “Wegmann”.

В процессе серийного производства в конструкцию танка, выпускавшегося в одной модификации, практически непрерывно вносились изменения и улучшения. У первых же серийных машин был изменен ящик для снаряжения и ЗИПа, крепившийся на корме башни. На прототипах использовался ящик, позаимствованный у Pz.Kpfw.III. Лючок с бойницей для стрельбы из личного оружия на правой стенке башни заменили на люк-лаз. Для самообороны от вражеской пехоты по периметру корпуса были смонтированы мортирки для противопехотных мин типа “S”. Эта мина, боевая часть которой включала 360 стальных шариков, выстреливалась на небольшую высоту и разрывалась. Кроме того, на башнях танков ранних выпусков устанавливались дымовые гранатометы NbK 39 калибра 90 мм (по три с каждой стороны). Последние также можно было использовать для стрельбы минами типа “S”. На машинах поздних выпусков для этой цели служило “оружие ближней обороны” - Nahverteidigungswaffe - мортирка, установленная внутри танка и стрелявшая через амбразуру, расположенную на крыше башни за люком заряжающего.

Со второй половины 1943 года на “Тигры” стали устанавливать новую командирскую башенку (с 391-й машины), унифицированную с башенкой “Пантеры” и имевшую устройство для крепления зенитного пулемета MG-34, а также перископический прибор наблюдения перед люком заряжающего. Были внесены изменения в спусковой механизм пушки, в стопор пушки по-походному, крепление спаренного пулемета, сиденья членов экипажа и др. На ее бортах разместили укладку запасных траков, которые до этого располагались только на нижнем лобовом листе корпуса. Пять траков крепились с левой, а три - с правой стороны.

Подверглась изменениям и силовая установка танка. На первых 250 машинах устанавливался двигатель Maybach HL 210РЗО, на остальных - Maybach HL 230Р45. Для эксплуатации в африканской пустыне и в южных районах России на кормовом листе корпуса монтировались воздушные фильтры типа Feifel.

Первые 495 танков оснащались оборудованием для подводного вождения, позволявшим преодолевать своим ходом по дну водные преграды глубиной до 4 м. Над специальным лючком в крыше моторного отделения устанавливалась трехметровая телескопическая труба для подачи воздуха в двигатель. Выхлоп производился непосредственно в воду. Все люки танка имели резиновые уплотнения. С особой тщательностью герметизировалась моторная перегородка, чтобы выхлопные газы не проникали в обитаемые отделения танка. В ходе испытаний на заводском полигоне, где для этой цели был построен специальный бассейн, танк с работающим двигателем находился под водой до 2,5 часа. В то время “Тигр” был единственным серийным танком в мире, оснащенным в массовом порядке оборудованием подводного вождения, которое нашло широкое применение в танкостроении лишь в 50-е годы. Правда, в войсках это оборудование практически не использовалось и от него со временем отказались.

Слабым местом ходовой части “Тигра”, от которого никак не удавалось избавиться, был быстрый износ и последующее разрушение резиновых бандажей опорных катков. Начиная с 800-й машины на танк начали устанавливать опорные катки с внутренней амортизацией и стальными бандажами. При этом наружный ряд одинарных катков был снят.

На “Тиграх” использовались два типа гусениц - транспортные, шириной 520 мм и боевые, шириной 725 мм. Первые применялись для перевозки по железной дороге, дабы вписаться в габарит платформы, и для движения своим ходом по дорогам с твердым покрытием вне боя (при перевозке танков часто снимались и наружные опорные катки).

Начиная с середины 1943 года танки Pz.Kpfw.VI “Тигр”, в большинстве своем, обрабатывались антимагнитной пастой циммерит. Этот состав имел своей целью нейтрализовать мины, установленные советскими истребительными подразделениями для подрыва тяжелой бронетехники противника, в основном танков. Такие мины устанавливались на корпус проходящего танка с помощью магнита, встроенного в верхнюю часть мины. Задача антимагнитного состава циммерит, таким образом, была проста: сделать вертикальные поверхности стальных конструкций танков немагнитными. Не имея возможности присоединится к металлу или, хотя бы, сблизится с ним на достаточное расстояние, магниты уже не могли удерживать мину на танковой броне.

В 1943 году 84 танка переоборудовали в командирский вариант. Боекомплект уменьшили до 66 выстрелов, сняли спаренный пулемет и разместили дополнительное радиооборудование. В зависимости от назначения командирские танки Pz.Bef.Wg. Tiger Ausf.E существовали в двух вариантах, отличавшихся набором радиостанций. Sd.Kfz.267 с радиостанциями Fu 5 и Fu 8 предназначался для дивизионного звена, а Sd.Kfz.268 с Fu 5 и Fu 7 - для командиров рот и батальонов.

Несколько “Тигров” были переоборудованы в БРЭМ, причем, судя по всему, собственными силами войсковых частей - “фирменного” варианта такой машины не существовало. Одна машина с демонтированной пушкой и установленным на башне крановым оборудованием была захвачена союзниками в Италии. В отдельных случаях в качестве тягачей использовались шасси танка без башни. В основном же для эвакуации подбитых тяжелых танков с поля боя применялись БРЭМ “Bergepanther” и полугусеничные тягачи “FAMO” (Sd.Kfz.9).

Осенью 1943 года по настоянию Гитлера в стандартную башню Н1 в опытном порядке установили 88-мм пушку KwK 43 с длиной ствола в 71 калибр. Но в это время уже шла разработка танка VK 4503 - будущего “Королевского Тигра”, размеры башни которого куда больше подходили для нового орудия.

Единственной страной, куда экспортировался “Тигр”, стала Венгрия - наиболее стойкий и храбро сражавшийся союзник Германии. Танки туда поставили в июле 1944-го. Их количество колеблется от 3 до 13 единиц. Это были машины разного выпуска, переданные, по-видимому, из одного из тяжелых танковых батальонов с Восточного фронта. На 7 декабря 1944 года четыре “Тигра” находилось в составе 2-й венгерской танковой дивизии. Эти машины имелись и в составе 1-й кавалерийской дивизии, сражавшейся с советскими войсками в восточной Польше.

Специально для танков “Тигр” была создана новая тактическая единица - тяжелый танковый батальон (schwere Panzerabteilung – sPz.Abt.), представлявший собой отдельную воинскую часть, которая могла действовать как самостоятельно, так и придаваться другим частям или соединениям Вермахта. В 1942 и в начале 1943 года тяжелый танковый батальон организационно состоял из четырех рот, причем только две из них были танковые (с весны 1943 года - соответственно пять и три). Следует отметить, что в ряде случаев вплоть до осени 1943 года батальоны имели смешанный боевой состав. Наряду с тяжелыми танками “Тигр” на их вооружении состояли средние Pz.Kpfw.III Ausf.L, M и N. Причем в 1942 году в тяжелых батальонах последние составляли большинство. К 1944 году боевой состав новых частей стал более однородным. В танковых ротах и штабе имелись теперь только “Тигры”, машины иного типа - средние Pz.Kpfw.IV Ausf.H - сохранились лишь в танковом взводе роты обеспечения. Впрочем, в некоторых батальонах по-прежнему оставались на вооружении Pz.Kpfw.III Ausf.N, а в sPz.Abt.502, например, имелся взвод самоходных установок Jagdpanzer 38(t) “Hetzer”. Формирование тяжелых танковых батальонов началось в мае 1942 года. Экипажи прибывали из боевых и учебных частей в 500-й запасной танковый батальон, дислоцировавшийся в Падерборне. Для их подготовки использовались и полигоны в Путлосе, Одруфе и Фаллингбостеле.

Первым 19 августа 1942 года получил “Тигры” 502-й батальон. Ранним утром 23 августа четыре “Тигра” погрузили на железнодорожные платформы и отправили на фронт - А.Гитлер торопил, ему не терпелось узнать, каковы новые танки в деле. 29 августа эшелон с боевыми машинами и личным составом 1-й роты sPz.Abt.502 выгрузился на станции Мга, недалеко от Ленинграда. Уже в ходе выдвижения на исходные позиции для атаки начались поломки. У двух танков вышли из строя коробки передач, у третьего - перегрелся и загорелся двигатель. Эти агрегаты, и так работавшие с перегрузкой по причине большой массы танков, испытывали дополнительную нагрузку из-за движения по мокрому заболоченному грунту. Под покровом темноты “Тигры” отбуксировали в тыл, и заводские механики, сопровождавшие машины, занялись их ремонтом. Не подлежавшие восстановлению агрегаты заменили на привезенные из Германии. К 15 сентября “Тигры” были готовы к бою.

21 сентября 1-ю роту sPz.Abt.502 передали в оперативное подчинение 170-й пехотной дивизии, в полосе которой ей и предстояло действовать. На следующий день “Тигры” пошли в атаку. Двигаясь гуськом по узкой дороге, немецкие танки попали под фланговый огонь советской противотанковой артиллерии. Один “Тигр” был подбит, а три других остановились из-за поломок. Эти машины, по-видимому, вышедшие из строя по техническим причинам, удалось эвакуировать, а четвертая поврежденная осталась на нейтральной полосе, где простояла почти месяц. Затем по личному указанию Гитлера ее взорвали.

Впоследствии, в январе 1943 года 1-я рота 502-го батальона участвовала в тяжелых боях в ходе отражения советского наступления по прорыву блокады Ленинграда. На 10 января в составе роты имелось семь “Тигров”, а также три Pz.III Ausf.N и семь Pz.III Ausf.L. К концу месяца пять “Тигров” было потеряно в боях, причем три из них подорвали экипажи. Одна машина, сравнительно легко поврежденная и по какой-то причине не подорванная экипажем, была захвачена советскими войсками.

Что касается Сталинграда, то, конечно же, никакие “Тигры” там не испытывались. Не участвовали они и в контрударе группы Манштейна с целью деблокады окруженной армии Паулюса. Прибывший в январе 1943 года на южный фланг советско-германского фронта 503-й тяжелый танковый батальон был включен в состав 4-й танковой армии и принимал участие в боевых действиях на Северном Кавказе, отступая вместе с другими немецкими войсками от Ставрополя до Ростова-на-Дону. С начала января вместе с ним вела боевые действия 2-я рота 502-го батальона, вскоре включенная в sPz.Abt.503 в качестве его 3-й роты. 10 апреля 1943 года батальон отвели в тыл для пополнения, а затем перебросили под Харьков.

Наиболее массово “Тигры” использовались во время Курской битвы. К 12 мая 1943 года для участия в этом сражении планировалось иметь 285 боеготовых “Тигров”, но план этот не выполнили, передав в войска только 246 машин. Значительная их часть была сосредоточена в районе Орловско-Курского выступа. Непосредственно же в операции “Цитадель” приняли участие два тяжелых танковых батальона (503-й и 505-й) и четыре роты в составе моторизованных дивизий.

505-й тяжелый танковый батальон действовал на северном фасе Курской дуги, имея в наличии 45 танков “Тигр”. 503-й тяжелый танковый батальон действовал на южном фасе Курской дуги в составе 3-ого танкового корпуса оперативной группы “Кемпф”, имея 42 танка “Тигр”.

Что же касается сражения под Прохоровкой, то непосредственное участие в нем 11-12 июля 1943 года приняли “Тигры” моторизованных дивизий СС “Лейбштандарт СС Адольф Гитлер”, “Рейх” и “Мертвая голова” - всего 42 машины этого типа. Еще 15 “Тиграми” располагала моторизованная дивизия “Великая Германия”, наступавшая на Обояньском направлении. Таким образом, в операции “Цитадель” приняли участие только 144 тяжелых танка “Тигр”, что составляет всего 7,6% от общего количества немецких танков, задействованных в наступлении под Курском. Существенного влияния на ход событий они, конечно, оказать не могли, тем более что применялись достаточно разрозненно.

Если верить немецким данным, то в течение июля-августа 1943 года безвозвратные потери составили 73 танка “Тигр”, а к концу года - 274 танка. При этом в 1943 году в строй после ремонта вернулись только 19 танков этого типа.

Несмотря ни на что, немецкие танкисты считали “Тигра” самым лучшим танком, которому, по сути, не было равных, кроме уже упомянутого ИС-2. Вот что напишет потом в своих мемуарах танковый командир Отто Кариус, воевавший на Восточном фронте в составе группы армий “Север” в одном из первых экипажей “Тигров”: “Даже если наш “Тигр” и не был красавцем, его запас прочности воодушевлял нас. Он был толстым; почти все плоские поверхности горизонтальные, и только передний скат приварен почти вертикально. Более толстая броня компенсировала отсутствие округлых форм…

…Он и в самом деле ездил, как автомобиль. Буквально двумя пальцами мы могли управлять 60-тонным гигантом мощностью 700 лошадиных сил, ехать со скоростью 45 километров в час по дороге и 20 километров в час по пересеченной местности. Однако с учетом дополнительного оборудования мы могли двигаться по дороге со скоростью 20-25 километров в час и соответственно с еще меньшей скоростью по бездорожью.
По-видимому, самая большая ответственность за готовность машины ложилась на механика-водителя. Он должен вести машину, работаю головой, а не задним местом. Если он будет действовать решительно, то “Tигр” никогда не подведет его в трудную минуту. Только по-настоящему хорошего водителя танка и можно допустить к “Tигру”, и, кроме того, он должен тонко чувствовать характер местности. Ему придется, как следует двигаться по пересеченной местности. Он всегда должен держать танк обращенным к противнику менее уязвимой стороной, не надеясь, что командир танка подскажет маневр. Только тогда командир танка сможет целиком сосредоточиться на противнике, а командир взвода или роты станет в ходе боя направлять машину туда, куда нужно, не отвлекаясь постоянно на характер местности.
От водителя танка также требуется сила воли. В конце концов, он единственный член экипажа, который может видеть очень много, но которому приходиться оставаться пассивным, когда по танку ведется огонь, а остальные члены экипажа завязали бой с противником. В таких случаях он помогает наблюдением и должен целиком полагаться на своих товарищей в башне. Принимая во внимание вышеуказанные качества механика-водителя, становиться понятным, почему командирами танков, как правило, становятся именно они, а не наводчики…

…Топливные баки вмещают 530 литров. Это – двадцать семь канистр по 20 литров…

…Обслуживание аккумуляторных батарей было делом важным, особенно зимой. Их приходилось постоянно подзаряжать, запуская мотор, если мне не слишком много перед этим ездили. В противном случае стартер уже не смог завести двигатель. Если такое случалось, двое членов экипажа вылезали и заводили мотор инерционным стартером, подобным тому, что используется на старых самолетах, но только расположенным сзади. Не требуется слишком богатого воображения для того, чтобы понять: нет более экстремальной ситуации, чем эта, в разгар боя и на виду у противника…

…Радиооборудование, внутреннее и внешнее освещение, вентилятор и электрический спуск пушки зависели от аккумуляторных батарей, поэтому понятно, какое большое значение имело их состояние.
Водяной радиатор вместимостью 120 литров и четыре вентилятора обеспечивали охлаждение двигателя. Жалюзи системы охлаждения на корме, абсолютно необходимые для удаления нагретого воздуха, часто становились причиной того, что танк терял боеспособность после попадания в него снарядов или осколков, которые в ином случае не причиняли бы ему вреда. Они повреждали радиаторы, расположенные внизу.
Двигателю требовалось 28 литров масла, коробке передач - 30 литров, редукционной передаче - 12 литров, системе башенного механизма - 5 литров и двигателям вентилятора - 7 литров. Двигатель объемом 22 литра лучше всего работал при 2600 оборотах в минуту. На 3000 оборотах он быстро перегревался…

…Башня поворачивалась при помощи гидравлической трансмиссии. Ноги наводчика покоились на наклонной педали. Если он нажимал носком вперед, то башня поворачивалась вправо; если - пяткой назад, она поворачивалась влево. Чем сильнее он нажимал в том или ином направлении, тем быстрее происходило движение. При самом медленном движении поворот орудия башни на 360 градусов занимал 60 минут. При самом быстром - 60 секунд. Таким образом, обеспечивалось чрезвычайная точность прицеливания. Опытному наводчику не требовалось потом доводить вручную. При наличии у пушки электрического спуска легкого нажатия пальцем было достаточно для того, чтобы произвести выстрел. За счет этого удавалось избегать неизбежного рывка при производстве выстрела…

…Нашими самыми опасными противниками в России были танки Т-34 и Т-34/85, которые были оснащены длинноствольными 76,2- и 85-мм пушками. Эти танки представляли для нас опасность уже на расстоянии 600 метров с фронта, 1500 метров с боков и 1800 метров с тыла. Танк “Иосиф Сталин”, с которым мы познакомились в 1944 году, как минимум, был равен нашему “Тигру”. Он значительно выигрывал с точки зрения формы”.

История использования “Тигров” в Италии не добавила славных страниц в послужной список немецких тяжеловесов. Наиболее ярко “блеснул” 508-й тяжелый танковый батальон, который с 23 по 25 мая 1944 года потерял практически все свои танки возле Чистерна-ди-Рома. Тут ярко и фатально проявилась техническая ненадежность “Тигра”. Например, когда 23 мая 1944 года шестнадцать “Тигров” попытались выехать на насыпь возле железнодорожного вокзала, то три “Тигра” “скончалось” так и не увидав противника: у двух слетели гусеницы с ведущих колес, а у третьего классически сломалась коробка передач. Или другой пример, когда несколько “Тигров” из того же 508-го тяжелого танкового батальона просто не смогли взобраться по склону на насыпь из-за того, что орудия упирались в склон и, главное, двигатели машин не тянули собственный вес. Интересно, что больше повлияло на безрезультатные пируэты “Тигров” у насыпи: то ли командиры не видели, что градиент склона не позволяет здесь пройти, то ли техническая немощь машин.

К началу высадки союзных войск в Нормандии в июне 1944-го немцы располагали на Западе 102 “Тиграми” в составе трех тяжелых танковых батальонов СС: 101, 102 и 103-го. Больше других отличился первый, в основном благодаря тому, что одной из его рот командовал самый результативный немецкий танкист - оберштурмфюрер СС Михаэль Виттман. Боевую карьеру он начал на Восточном фронте в январе 1943 года, участвовал в Курской битве и к апрелю 1944 года, по немецким данным, довел число своих побед до 117. Весной 1944 года дивизию “Лейбштандарт СС Адольф Гитлер”, в которой служил Виттман, перебросили в Бельгию. Здесь на базе 13-й роты 1-го танкового полка этой дивизии и сформировали 101-й тяжелый танковый батальон СС. Свой, без сомнения, самый известный бой Виттман провел на улицах городка Виллер-Бокаж в Нормандии.

7 июня его рота вышла из Бовэ и, сильно пострадав от воздушных налетов 8 июня возле Версаля, стала передвигаться только с наступлением темноты, чтобы к 12 июня добраться до Виллер-Бокажа, где следующий день предполагалось посвятить ремонту и техническому обслуживанию танков и оружия. Но теперь Виттман был вынужден стоять в башне своего танка и наблюдать за тем, как колонна английских танков, занявшая Виллер-Бокаж, спокойно занималась своими делами. “Они ведут себя так, словно уже выиграли войну”, - проворчал наводчик обершаррфюрер Волль. Виттман, который на Восточном фронте уже прослыл как величайший танковый ас, хладнокровно сказал: “Сейчас мы им покажем, что они ошибаются”. Когда его “Тигр” с ревом рванулся вперед навстречу танкам 7-й бронетанковой дивизии англичан, начался один из самых результативных поединков, который Виттману удалось провести за годы войны.

Атакуя неподвижно стоявшие цели, он посылал снаряд за снарядом по танкам и автомашинам почти в упор, с самых близких дистанций, а под конец протаранил “Кромвель”, преграждавший ему въезд на главную улицу городка. Там он уничтожил еще три танка штабной группы 4-го батальона 22-й бронетанковой бригады; четвертый танк уцелел, так как механик-водитель отвел его задним ходом в сад, не имея возможности открыть огонь по “Тигру”, поскольку наводчик оказался вне машины. В это время командир “Шермана” из роты В сержант Стэн Локвуд, услышав начавшуюся поблизости стрельбу, осторожно направил свой танк в обход здания: впереди, примерно в 200 ярдах (около 180 м), “Тигр” Виттмана, обращенный к нему бортом, вел огонь вдоль улицы. Наводчик танка Локвуда выпустил четыре 17-фунтовых снаряда по “Тигру”. Один из них попал в борт танка, и над ним показался дым, а затем и пламя. Последовал ответный выстрел “Тигра”, который обрушил на “Шермана” половину здания и полностью его завалил. Пока англичане освобождали свою машину из-под обломков, немцы исчезли. “Тигр” Виттмана, получив лишь небольшое повреждение, прежде чем покинуть место побоища, сумел уничтожить еще один “Кромвель”. Командир этого танка капитан Пэт Дайэс выбрался из машины с помощью местной французской девушки, которая помогла ему добраться до другого танка роты В, из которого он доложил по радио своему командиру подполковнику Крэнли о разыгравшейся трагедии.

А Виттман, в ходе беспощадного поединка за 5 минут разгромив в пух и прах передовой отряд 7-й бронетанковой дивизии, дозаправил свою машину, пополнил боеприпасы и присоединился к остальной четверке “Тигров” и немецкой пехоте. Они атаковали уцелевшие английские войска в районе высоты с отметкой 213. Днем Виттман вернулся в Виллер-Бокаж вместе с передовыми подразделениями 2-й танковой дивизии СС, подходившей к району боевых действий. Однако на сей раз англичане были готовы к встрече: они уничтожили “Тигр” Виттмана и еще три немецких танка, но все немецкие экипажи сумели спастись.

Трудно сказать, чего больше в этом эпизоде - мастерства или везения. С одной стороны, для того чтобы расстреливать неподвижные танки противника без экипажей, большого ума не надо, с другой - Виттман блестяще воспользовался ситуацией, которую создали сами англичане, не удосужившиеся выставить даже боевое охранение, и преподал им жестокий урок. А ведь это были части прославленной в боях в Северной Африке 7-й бронетанковой дивизии - “Крысы пустыни”, как они гордо себя называли.

Виттман погиб 8 августа 1944 года близ Фалеза в бою с “Шерманами” 4-й канадской танковой дивизии. С дистанции 1800 м он подбил два “Шермана” из 1-го эскадрона. Чтобы разорвать строй атакующих, “Тигр” Виттмана рванулся вперед, подбил еще один “Шерман”, но тут же получил пять попаданий с близкой дистанции. Три снаряда пробили башню, весь экипаж погиб. На этом можно было бы поставить точку, но сравнительно недавно в обстоятельствах гибели Виттмана появился “польский след”. Дело в том, что вдоль дороги на Фалез наступали две дивизии: уже упомянутая 4-я канадская и 1-я польская танковая бригадного генерала С.Мачека. И вот в польской печати появляется описание того же боя, но только “Тигр” Виттмана в нем подбивают “Шерманы” 2-го эскадрона 2-го танкового полка 1-й польской танковой дивизии. Что тут сказать, полемика по этому вопросу, внезапно вспыхнувшая спустя 50 лет после описываемых событий, ничего, кроме улыбки, вызвать не может, тем более что никаких серьезных доказательств в поддержку своей версии поляки, судя по всему, привести не могут, как, впрочем, и канадцы.

В своем последнем бою Виттман подбил три танка, всего же на его счету числится 138 танков и САУ. Не завышают ли немецкие источники количество побед Виттмана? Возможен ли такой показатель? Есть основания предполагать, что возможен - ведь самый результативный советский танкист старший лейтенант Д.Ф.Лавриненко, по официальным данным, уже за четыре военных месяца 1941 года на своем Т-34 подбил 52 немецких танка. Если бы не гибель в декабре 41-го, он наверняка мог бы составить серьезную конкуренцию немецкому танковому асу.

Впрочем, высокая результативность отдельных танкистов не могла спасти немецкие войска от поражений. Так, например, 101-й тяжелый танковый батальон СС, в котором служил Виттман, в боях у Фалеза был разгромлен. Всего же в 1944 году немцы потеряли 756 “Тигров”, при этом из ремонта вернулись в строй только 60. На начало ноября 1944 года Вермахт и войска СС располагали 317 “Тиграми” на Восточном фронте, 84 - на Западном и 36 - в Италии. К 1 марта 1945 года Советской Армией и войсками западных союзников было уничтожено 1032 танка этого типа. На ту же дату, по официальной немецкой статистике, в армии резерва имелось 43 “Тигра”, включая пять учебных, а во фронтовых частях - 142 машины, включая 31 командирскую.


Конструкция танка.

Компоновка танка Pz.Kpfw.VI “Тигр” представляла собой классический вариант с передним расположением трансмиссии.
В передней части танка находилось отделение управления. В нем размещались коробка передач, механизм поворота, органы управления, радиостанция, курсовой пулемет, часть боекомплекта и рабочие места механика-водителя (слева) и стрелка-радиста (справа). Боевое отделение занимало среднюю часть танка. В башне устанавливались пушка и спаренный пулемет, приборы наблюдения и прицеливания, механизмы наводки и сиденья командира танка, наводчика и заряжающего. В корпусе в нишах и по стенкам размещался боекомплект. На днище танка - гидропривод поворота башни. В моторном отделении располагался двигатель и все его системы, а также топливные баки. Моторное отделение отделялось от боевого перегородкой.

Корпус танка собирался из броневых листов, соединенных в шип и сваренных двойным швом. Броня - катаная, хромомолибденовая, с поверхностной цементацией. Лобовой лист подбашенной коробки располагался под углом 8° к вертикали, верхний лобовой лист корпуса - под углом 77°, нижний - под углом 27°. Бортовые листы - вертикальные, кормовой лист наклонен под углом 8°. В передней части крыши подбашенной коробки имелись люки-лазы механика-водителя и стрелка-радиста. Люки закрывались круглыми крышками, откидывающимися на петлях. В каждой крышке был смонтирован перископический прибор наблюдения. Между люками имелось вентиляционное отверстие, прикрытое броневым колпаком. Кормовая часть корпуса делилась на три отсека внутренними водонепроницаемыми перегородками. Два крайних отсека при преодолении водных преград вброд могли заливаться водой; центральный, в котором располагался двигатель, был герметичным. Крайние отсеки закрывались сверху массивными литыми решетками. Две передние решетки служили для притока воздуха, охлаждающего радиаторы, а задние - для его отвода.

Башня подковообразной формы - сварная, с соединением листов в шип и вертикальными стенками из цельного гнутого листа. В передней части башни в литой маске устанавливались пушка, спаренный пулемет и прицел. Башня приводилась во вращение гидравлическим поворотным механизмом мощностью 4 кВт. Скорость поворота зависела от частоты вращения коленчатого вала. Отбор мощности производился от коробки передач с помощью специального карданного вала. При 1500 об/мин коленчатого вала поворот башни на 360° осуществлялся за 1 мин. При неработающем двигателе башню поворачивали вручную. Башня, вследствие большого вылета пушки и тяжелой броневой маски, была неуравновешенна, что делало невозможным ее поворот вручную при крене в 5°. На ее крыше устанавливалась командирская башенка с шестью, а затем с семью смотровыми приборами.

Основное вооружение “Тигра” - пушка 8,8-cm KwK 36, производившаяся заводом “Wolf” в Магдебурге. Ствол пушки имел длину 56 калибров - 4928 мм; вместе с дульным тормозом - 5316 мм. Масса пушки - 1310 кг. Вертикальная наводка: в пределах от -6,5° до +17°. Предельная длина отката - 580 мм. Пушка уравновешивалась с помощью специального гидравлического устройства, расположенного под ее казенной частью. С пушкой был спарен 7,92-мм пулемет MG-34. Курсовой пулемет размещался в лобовом листе подбашенной коробки в шаровой установке. На командирской башенке позднего типа на специальном устройстве Fliegerbeschutzgerat 42 можно было установить зенитный пулемет.

Танки “Тигр” первоначально оснащались бинокулярным телескопическим ломающимся прицелом TZF 9а, а затем монокулярным TZF 9b. При изменении вертикального угла наведения вооружения изменялось, и положение объективной части прицелов, окулярная же часть оставалась неподвижной, что обеспечивало работу с вооружением во всем диапазоне вертикального угла наведения без изменения положения наводчика. Эти прицелы имели 2,5-кратное увеличение и поле зрения 23°. Курсовой пулемет MG-34 имел 1,8-кратный телескопический прицел KZF 2. Боекомплект пушки состоял из 92 выстрелов, пулеметов - из 5100 патронов.

На танке устанавливались двигатели Maybach HL 210P30 или Maybach HL 230Р45 (с 251-й машины). Двигатели 12-цилиндровые, V-образные (развал цилиндров - 60°), карбюраторные, четырехтактные мощностью 650 л.с. и 700 л.с. при 3000 об/мин соответственно. Диаметр цилиндра 125 и 130 мм. Ход поршня 145 мм. Степень сжатия 7 (Maybach HL 210P30) и 6,8 (Maybach HL 230Р45). Рабочий объем 21 353 см2 и 23 095 см2. Сухая масса двигателей 1200-1300 кг. Следует подчеркнуть, что двигатель Maybach HL 230Р45 был практически идентичен двигателю HL 230Р30 танка “Пантера”. Для повышения жесткости картер этого двигателя был выполнен из серого чугуна без разъема в плоскости коленчатого вала, то есть имел так называемую “туннельную” конструкцию.

Топливо - этилированный бензин с октановым числом не ниже 74. Емкость четырех бензобаков 534 л. Расход топлива на 100 км при движении по шоссе - 270 л, по бездорожью - 480 л. Подача топлива принудительная, с помощью четырех топливных насосов Solex. Карбюраторов - четыре, марки Solex 52FFJIID. Система охлаждения - жидкостная, с двумя радиаторами. По обеим сторонам двигателя располагались сдвоенные вентиляторы. В связи с изоляцией моторного отсека от воздухопритоков системы охлаждения на обоих двигателях был применен специальный обдув выхлопных коллекторов и генератора.

Для ускорения прогрева охлаждающей жидкости в процессе запуска двигателя в холодное время года была предусмотрена возможность установки термостатов с обратным перепуском через закороченный контур.

Трансмиссия состояла из карданной передачи, коробки передач со встроенным главным фрикционом, механизма поворота, бортовых передач и дисковых тормозов. Коробка передач Maybach OLVAR OG(B) 40 12 16А продукции завода “Zahnradfabrik” в Фридрихсхафене - безвальная, с продольным расположением осей, восьмиступенчатая, с постоянным зацеплением шестерен, с центральным синхронизатором и индивидуальными тормозами, с полуавтоматическим управлением. Коробка обеспечивала 8 передач вперед и 4 назад. Ее особенностью являлось отсутствие общих валов для нескольких шестерен, каждая шестерня монтировалась на отдельных подшипниках. Коробка снабжалась автоматическим гидравлическим сервоприводом. Для переключения передач было достаточно перевести рычажок, не выжимая педали главного фрикциона. Сервопривод автоматически, без участия водителя, выключал главный фрикцион и ранее включенную передачу, производил синхронизацию угловых скоростей включаемых зубчатых муфт, включал новую передачу, а затем плавно включал и главный фрикцион.

В случае порчи гидравлической аппаратуры переключение шестерен и выключение главного фрикциона можно было производить механическим путем. Система смазки шестерен - струйная, с подачей масла в место зацепления при сухом картере.

Картер коробки передач центрировался и жестко соединялся с картером механизма поворота, образуя двухпоточный механизм передач и поворота. Последний крепился в носовой части корпуса танка, причем в расточку передней части картера запрессовывалось резиновое кольцо опорной балки, жестко закрепленной в броневом корпусе.

Многодисковый главный фрикцион с трением рабочих поверхностей в масле был конструктивно встроен в коробку передач, так же как и стояночный тормоз. Фрикционно-шестеренчатый механизм поворота с двойным подводом мощности обеспечивал танку по два фиксированных радиуса поворота на каждой передаче. При этом максимальный радиус составлял 165 м. минимальный - 3,44 м. Более крутые повороты при включенной передаче, в том числе вокруг отстающей гусеницы, трансмиссией танка не обеспечивались. При нейтральном положении коробки передач был возможен поворот вокруг центра тяжести танка движением забегающей гусеницы вперед и отстающей назад с радиусом В/2.

Бортовые передачи - двухрядные, комбинированные, с разгруженным ведомым валом.

Механические дисковые тормоза были разработаны инженером Клауе и изготовлены фирмой “Argus”.

Ходовая часть танка применительно к одному борту состояла из 24 опорных катков, расположенных в шахматном порядке в четыре ряда. Опорные катки размером 800x95 мм у первых 799 танков имели резиновые бандажи; у всех последующих - внутреннюю амортизацию и стальные бандажи. Конструкцию ходовой части разработал советник имперского управления вооружений инженер Г.Книпкамп - активный участник проектирования целого ряда германских бронированных машин.

Подвеска - индивидуальная, торсионная, одновальная. Балансиры передних и задних опорных катков снабжались гидравлическими амортизаторами, размещенными внутри корпуса.

Ведущие колеса переднего расположения имели два съемных зубчатых венца по 20 зубьев каждый. Зацепление цевочное. Направляющие колеса - литые, с металлическими бандажами и кривошипным механизмом натяжения гусениц. Гусеницы стальные, мелкозвенчатые, из 96 двухгребневых траков каждая. Ширина гусеницы 725 мм, шаг трака 130 мм.

Все танки “Тигр” оснащались радиостанцией Fu 5, имевшей дальность действия 6,4 км телефоном и 9,4 км телеграфом. Также имелась система пожаротушения - автоматическая, с порогом срабатывания 120°С. Сигнализация была выведена на панель приборов механика-водителя.


Тактико-технические характеристики Pz.Kpfw.VI Ausf.E "Тигр":

боевая масса: 56,9 т;
экипаж: 5 чел.;
длина: 8450 мм;
ширина: 3705 мм;
высота: 2930 мм;
клиренс: 470 мм;
вооружение: 88-мм KwK 36 L/56, 2 x 7,92-мм MG-34;
боекомплект: 88-мм - 92 выстрела и 7,92-мм - 4500-5700 выстрелов;
двигатель: Maybach HL 210 P45, 12 цилиндров;
мощность: 700 л.с.;
бронирование: 25-100 мм;
максимальная скорость по шоссе: 40 км/ч;
максимальная скорость по местности: 25 км/ч;
запас хода по шоссе: 10 км;
запас хода по местности: 60 км.




Источники:
1. Коломиец М., "Первые Тигры", "Стратегия КМ", 1998;
2. Коломиец М., "Тигр крупным планом", "Стратегия КМ", 1998;
3. Барятинский М., "Тигр", Бронеколлекция №5, 1998;
4. Смирнов А., "Танковые асы СССР и Германии", "Фронтовая иллюстрация" №2, "Стратегия КМ", 2006;
5. Отто Кариус, "Тигры в грязи", Центрполиграф, 2005;
6. Bruce Culver, "Tiger in Action", Armor Number 27, Squadron/Signal publications, 1989;
7. Tadeusz Melleman, "Pz.Kpfw.VI Tiger. Vol. II", AJ-PRESS, 2002;
8. Tadeusz Melleman, "Pz.Kpfw.VI Tiger. Vol. III", AJ-PRESS, 2003;
9. Tadeusz Melleman, "Ferdinand, Elefant. Vol. I", AJ-PRESS, 2004;
10. Robert Michulec, Thomas Anderson, "Panzerwaffe at war (2) Moscow to Berlin", Concord Publications Co, 1997;
11. Peter Chamberlain, Hilary L.Doyle, Thomas L.Jents, "Encyclopedia Of German Tanks Of World War Two", Arms and Armor Press, 1978;
12. Horst Scheibert, "Tiger I & Tiger II", Schiffer Publishing Ltd., 1994;
13. Michael Sawondy & Kai Bracher, "Maus and other German Armoured Projects", Schiffer Publishing Ltd., 1989;
14. Wolfgang Fleischer, Die deutschen Kampfwagen Kanonen 1935-1945, Waffen-Arsenal special Band 16.

Обновлено 03.09.2010 01:19
 

Комментарии   

 
#1 kain-155 20.09.2010 03:41
Была еще версия, что ни поляки, ни канадцы, а американцы уничтожили тайфунами танк Витмана. Пытались доказать ,что повреждения (башню кажется оторвало)могли быть нанесены тайфуном.
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

document.write("