| | .
86-й августовский погранотряд в первые дни войны PDF Печать E-mail
20.10.2013 12:00


Пограничный дозор в июне 1941 года.

Воспоминания бывшего командира отряда полковника Здорного Г. К.
86 пограничный отряд, которым я командовал в 1941 году, охранял границу с Германией, которая была установлена в октябре 1939 года.

Участок моего отряда проходил от границы с Литвой по Августовскому лесу и дальше, до бывшей границы с Восточной Пруссией, общей протяженностью 180 километров.

Пять комендатур дислоцировались: местечко Сопоцкин, Липск, Августов, Райгруд, Граево, то есть мы охраняли подступы к городам Гродно, Белосток и крепости Осовец.

86 погранотряд имел в своем составе: в пяти комендатурах двадцать линейных и пять резервных кавалерийских застав, маневренную группу и подразделения обслуживания (рота связи, автотранспортная рота, комендантский взвод, саперный взвод), всего 2229 человек.

Вооружение: легкое стрелковое оружие - винтовки, автоматы, ручные пулеметы системы Дегтярева. На вооружении линейных застав было по два станковых пулемета «Максим». Маневренная группа - 286 человек, имела четыре станковых пулемета. Но она с апреля 1941 года находилась в оперативной командировке в Литве, и поэтому в полосе 86 погранотряда участия в боевых действиях не принимала.

Пограничные комендатуры - что-то вроде батальонов - имели в своем составе по четыре линейных и одной резервной застав, взвод связи, комендантский взвод и отделение хозяйственников. Комендатуры имели участки границы протяженностью 30-40 километров (до застав расстояние было от 5 до 30 км).

Первая комендатура - в городе Сопоцкине, вторая - в Липске, третья - в Августове, четвертая - в Райгруде и пятая - в Граеве - вдоль границы с Восточной Пруссией.

Мои соседи: справа - 105 погранотряд в Мариамполе (Литва) и слева - 87 погранотряд в городе Ломже, имели такой же штатный состав.

Связь со всеми подразделениями, комендатурами и заставами - только проводная.

Связь с городом Белостоком, где находился Белорусский пограничный округ, который руководил только пограничными отрядами (не следует смешивать с Западным особым военным округом) была телеграфно-телефонная и через радиостанцию. Командовал Белорусским пограничным округом генерал-лейтенант Богданов - мой непосредственный начальник, которому я докладывал обо всех происшествиях, и от кого получал распоряжения. Штабам 3-й и 10-й армий погранотряды не подчинялись.

Концентрация немецких войск против участка 86 погранотряда началась в первых числах мая 1941 года. В Августовских лесах сосредоточились крупные силы танков и мотопехоты, в районе Рачки и далее на юг на границе с Восточной Пруссией - пехота с артиллерией. По мере выхода к государственной границе немецких войск, ими велись работы по оборудованию оборонительных сооружений, включая минирование отдельных участков, лесных троп и дорог.

К этому времени число нарушений государственной границы со стороны жителей резко сократилось, так как население бывшей польской территории на глубину 30 километров от границы немецким командованием было отселено вглубь территории Пруссии.

С этого времени усилились нарушения госграницы немецкими отдельными самолетами и небольшими группами шпионов-диверсантов, засылаемых к нам Сувалкским германским разведывательным центром.

В апреле мы задержали диверсионную группу из восьми человек, у которой оказались документы, подтверждающие задание немецкой разведки. В частности, была карта масштаба 1:200000 с нанесенными типографским способом данными нашего укрепрайона и аэродромов ВВС по Белостокскому и Гродненскому районам.

Шпионская группа имела задачу собрать сведения о численности войск на приграничных объектах, на огневых точках укрепрайона, о дислокации наших самолетов на оперативных взлетных площадках.

Последняя группа из четырех человек была задержана за 8-10 дней До начала военных действий. Диверсанты были вооружены пистолетами, ракетами и взрывчатыми веществами. Их задача состояла в том, чтобы прорваться через зону погранзастав, выйти к городам Лида и Молодечно и подорвать на этом участке железной дороги выходные стрелки. Сигналом для них должны были стать налет немецкой авиации и первые залпы артиллерийского обстрела. Они должны были ракетами сигнализировать о местонахождении военных объектов.

Никаких указаний командования сверху на переход к усиленной охране границы мы не получали и, следовательно, граница охраняюсь по штатному расписанию.

Разумеется, все сведения об активности немецких органов разведки и признаках приготовления к нападению на нашу территорию нами доносились по команде. А 21 июня обобщенные данные, характеризующие подготовку немецких войск к нападению, я лично докладывал командующему 3-й армии генерал-майору Кузнецову, прибывшему в Августов в штаб стрелкового полка, который находился здесь же и должен был оборонять город.

По плану 86 погранотряд после начала военных действий выводился в резерв 3-й армии. И в оборонительных сражениях не должен был принимать участия.

Докладывая генералу Кузнецову обстановку на границе, я привел факты перегруппировки немецких войск и сосредоточения их против наших 1, 2, и 3-й пограничных комендатур в массиве Августовских лесов. Командующему я также доложил, что моя маневренная группа (резерв отряда) находится в оперативной командировке за пределами нашего отряда, в Литовской ССР, и просил выделить в мое распоряжение один батальон стрелкового полка местного гарнизона для прикрытия подступов к городу вдоль Августовского канала. При этом я изложил свою оценку обстановки и сделал вывод о возможности вторжения немецких войск на участке отряда. Генерал Кузнецов на эту мою просьбу ответил: «Думаю, что войны не будет, но береженого бог бережет!»

И он приказал присутствующему при моем докладе начальнику гарнизона, командиру стрелкового полка (фамилию не помню), выделить одну роту, усиленную двумя бронемашинами и двумя орудиями батальонной артиллерии (45 мм), для использования по перекрытию шоссейной и железной дорог на Августовском канале в междуозерье. В случае необходимости, использовать батальон полка, который находился в тылу участка 12 погранзаставы, что в 11 км севернее города Августова.

На этом моя встреча с генералом закончилась.

Возвратившись в свой штаб около 18 часов 21 июня, я позвонил в город Белосток и доложил о своей встрече с генералом Кузнецовым заместителю начальника погранвойск БССР комбригу Курлыкину. Комбриг Курлыкин, в свою очередь, мне сообщил, что в городе Ломже на участке 87 погранотряда находится начальник погранвойск СССР генерал-лейтенант Соколов и с ним начальник погранвойск нашего пограничного округа генерал-лейтенант Богданов. Они собираются выехать из города Ломжи ко мне, и что я должен быстрее прибыть на свой левый стык на шоссе Ломжа-Граево.

Проинструктировав своего начальника штаба капитана Янчука о порядке использования выделенных мне командованием 3-й армии сил резерва и обязав капитана Янчука постоянно держать меня в курсе обстановки, выехал на участок 5-й комендатуры к месту назначенной мне встречи с генералами Соколовым и Богдановым.

О причинах их неожиданного приезда в расположение 86 Августовского пограничного отряда мне не было известно.

В два часа ночи с минутами 22 июня через офицера штаба 5-й комендатуры я получил донесение капитана Янчука о боевом столкновении наших пограничных нарядов с войсковой группой (до взвода) немецких армейских войск, которые нарушили границу на участке 6 и 7-й застав 2-й комендатуры в местечке Липске. Спустя минут 30 поступило новое донесение о столкновении наших нарядов на участке 11-й заставы 3-й комендатуры у полотна железной дороги Сувалки-Августов.

Оценив эти происшествия как попытку фашистов захватить языка и возможность более крупной провокации, я приказал усилить наряды. Примерно в 3 часа 40 минут к месту моего ожидания подъехали три легковые автомашины с генералами Соколовым и Богдановым и командиром 87 погранотряда. Тут же на месте я стал докладывать обстановку.

Примерно через 5 минут, находясь у автомашин, мы все услышали нарастающий гул самолетов, а затем увидели большую группу самолетов, приближающуюся со стороны Восточной Пруссии к нашей территории. Мы сели в автомашины и поехали в Граево.

В 4 часа 10 минут мы были уже в Граеве в штабе 5-й комендатуры. Я связался по телефону с начальником штаба отряда капитаном Янчуком. От него я узнал, что на участке 1-й и 2-й комендатур прорвались через границу большие колонны танков и моторизованная группа. Все заставы вступили в бой. Город Августов подвергся налету авиации противника. Сильная ружейная и пулеметная стрельба и разрывы снарядов были слышны на подступах к Августову. Связь на этом оборвалась. Пока я говорил по телефону с капитаном Янчуком, началась бомбежка Граево, а затем артиллерийский обстрел города и вокзала.

Что называется на ходу, я отдал распоряжение коменданту 5-го участка включиться в оборону города и совместно со стрелковым полком, дислоцировавшимся в городе Граево, вступить в бой. Сюда же отвести все погранзаставы, ведущие бой в районе своих жилых городков.

В 4 часа 40 минут вместе с генералами мы выехали из Граево в Августов. Проехав 7-8 км от Граево, мы попали под артобстрел противника. По решению генерала Соколова, свернули на проселочную дорогу, идущую по заболоченной местности на северо-восток от Граево. Автомашины наши застряли в болоте, и мы были вынуждены продолжать движение пешим порядком. Только к 12 часам дня мы подошли к местечку Гонендза, что в 12-15 км на северо-восток от крепости Осовец. Здесь я расстался со своим начальством. Генералы выехали на автомашине строительного батальона укрепрайона на Белосток. Когда они прибыли в Белосток, и что они докладывали в Москву, мне неизвестно.

Я на другой грузовой машине выехал по направлению местечка Суховолье с тем, чтобы на шоссе Августов-Белосток соединиться со штабом отряда, то есть хотел попасть в Августов со стороны тыла. К сожалению, я не знал обстановки, где находится штаб отряда, и что происходит в самом городе. В районе стыка дорог южнее Суховолья я встретил командира автотранспортной роты нашего погранотряда капитана Хохленко и от него узнал, что главные силы отряда заняли оборону у моста через реку Бобр в 2 км юго-восточнее Штабин. Капитан Хохленко следовал на мотоцикле в Белосток вслед за автоколонной эвакуированных семей начкомсостава. В указанном районе у Штабина я встретился с капитаном Янчуком, который занял оборону моста силами штабных подразделений и 4-й резервной заставы.

Мы тоже не успели предупредить комендатуры и заставы о том, что началась война, не знали, что происходило у них, какова судьба 1400 человек из 86 погранотряда, мы не знаем до сих пор. Надо думать, что все они храбро сражались и честно выполнили свой долг, защищая границу.

Служба у пограничников простая - это наряд из двух человек, и ночью почти весь состав заставы несет службу, ходит парами вдоль 10-метровой вспаханной полосы. Что происходило в ту роковую ночью с пограничниками, осталось навсегда с ними...

Итак, с началом войны я приступил к командованию ядром отряда, разослал делегатов связи с целью розыска и установления связи с погранкомендатурами. Группа капитана Янчука отошла от Августова в 6 часов с минутами, когда танки противника ворвались в город. Штаб погранокруга приказал ему по радио отходить на Белосток вдоль шоссе, но капитан Янчук, выйдя из Августова, решил обороняться на выгодной позиции (мост через реку и болото благоприятствовали эвакуации совпартактива и пионерских лагерей). На этом рубеже появлялись малочисленные разведгруппы противника, которые наши пограничники отбрасывали.

О военных действиях наших полевых войск капитан Янчук не знал, связи не было: немецкие танки прорвались по шоссе на Гродно.

К исходу 22 июня 1941 года я получил по радио из штаба пограничного округа в Белостоке приказ немедленно отходить на Волковыск.

Числа 23 июня при переходе железной дороги в местечке Кузница я видел колонну 11-го механизированного корпуса, которую бомбила немецкая авиация большим количеством самолетов. Вообще, немецкая авиация только и была видна в воздухе.

Выполняя приказ, я поспешно вел колонну примерно в 600 человек, столько отвел и капитан Янчук (всего же в отряде было 2229 человек).

К рассвету 25 июня мы подошли к городу Волковыск, за три дня прошли более 180 километров. Мы шли полевыми дорогами, не встречая немецких войск. Город Волковыск был охвачен пламенем после налета вражеской авиации, рвались боеприпасы на армейских складах.

В 3-х км севернее, в лесу, я нашел штаб 10-й армии. Там же было мое начальство - управление погранотрядами, которое находилось на территории Белорусской ССР. Мне был вручен приказ: двигаться по шоссе на Барановичи, куда предполагалось передислоцировать управление погранвойск и 86, 87, 88 и 89-го погранотрядов. С остальными погранотрядами связь по радио была потеряна.

О действиях 3, 4 и 10-й армий было известно мало. Отдельные дивизии, которые были вблизи границы, подверглись внезапному нападению, а приказа из Москвы и Минска об отражении нападения не было, и поэтому наши войска понесли большие потери от артиллерии и авиации и отходили в беспорядке по разным дорогам на восток за реку Неман, которая протекала в Налибокской пуще. Здесь предполагалось привести их в порядок, считая, что подходящие свежие войска из тыловых районов остановят немцев.

Через город Волковыск с юга проходило шоссе Брест-Пружаны, по этому шоссе отходили войска правого крыла 4-й армии: они, как мы поняли, просто бежали. Открыто мы так не говорили, но понимали, что произошло что-то непонятное: уж слишком быстро подвигались немецкие войска, по 60-80 км в сутки, а немецкая авиация бомбила и обстреливала из пулеметов каждое скопление войск. Нашу колонну также обстреливали, но мы, имея приказ быстро прибыть в город Барановичи, невзирая на усталость, продолжали движение на город Слоним.

Вечером 25 июня мы нагнали на шоссе какую-то колонну. Оказалось, это войска 4-й армии, которые должны были отходить в полосе южнее, в 50 км. Не видно было управления, это была толпа деморализованных солдат, слышались ружейные выстрелы, пулеметная стрельба. Несколько пуль долетели до моей колонны. Это было ночью, ближе к рассвету 26 июня. Какие-то солдаты расстреляли полковника, попытавшегося навести порядок в колонне, отходившей на Слоним. Дальнейшее движение вслед за ней было невозможно. Из-за частой беспорядочной стрельбы я принял решение сойти с шоссе и вести свою колонну проселочной дорогой в направлении на Слоним.

К 8 часам утра 26 июня моя колонна подошла к западной окраине города и, при попытке головной группы войти в город, была обстреляна ружейным и пулеметным огнем немцев, а с воздуха начался налет авиации.

В результате уточнения данных об обстановке в Слониме мне стало известно, что все мосты-переправы через реку Щара захвачены немецкими танками, вышедшими в тыл войскам 4-й и 10-й армиям. Я решил обходить Слоним севернее, по проселочным дорогам, полагая, что там нет немцев.

Моя небольшая колонна на автомашинах с боеприпасами и продовольствием, а также автомашина с радиостанцией были разбиты бомбежкой с воздуха. С этого времени я потерял всякую связь и не знал, что делается на фронтах. А 27 июня немецкие танковые моторизованные войска закончили окружение всех войск Западного особого военного округа и заняли город Минск. Войска, окруженные в Налибокской Пуще в районе города Новогрудок, не могли прорваться на восток: они были деморализованы, никем не управлялись. Немцы выставили заслоны на выходах из Пущи и ожидали, когда эти войска сами сдадутся. Как потом оказалось, к 10 июля эти деморализованные части прекратили сопротивление.

Немцы же к 10 июля провели перегруппировку своих войск. Наши войска - остатки 13-й армии и другие части поспешно создавали оборону на реке Днепр от города Орши до города Могилева, куда в спешном порядке подвозились войска из внутренних военных округов. Шла ускоренная мобилизация. Но на это требовалось время. Повторяю: мы об этом ничего не знали. Я продолжал выполнять приказ - отходить в город Барановичи.

Продвигаясь полями и перелесками к намеченной переправе через реку Щара, мы столкнулись с группой немцев численностью до взвода, двигающихся параллельно движению моей колонны. Используя растительность полей, нам удалось сблизиться с этой группой и уничтожить ее полностью.

Ночью 28 июня нам удалось при помощи местного жителя найти брод через реку Щара и благополучно переправиться примерно в 15 километрах северо-восточнее Слонима. Дальнейшее движение к городу Барановичи моей колонны проходило по тылам немцев. Мы шли так, чтобы не натолкнуться на них. Моя колонна численностью около 500 человек была исключительно из состава моего погранотряда. Солдат и офицеров из отходящих и деморализованных войск я приказал не принимать. К моему отряду в разное время присоединились командующий 10-й армией генерал-майор Голубев, генерал-лейтенант Карбышев и Маршал Советского Союза Кулик, который 23 июня прилетел в город Белосток, чтобы помочь командованию 10-й армии и заместителю командующего Западным фронтом генерал-лейтенанту Болдину отразить нападение немецких войск и отбросить их за границу. Кулик не смог ничего сделать, попал в окружение, переоделся в крестьянскую одежду и в городе Волковыске присоединился к нашему отряду.

Продвигаться такой большой группой было трудно. Прежде всего, потому что большую массу людей надо было кормить, а у нас с собой никаких запасов не было. Добывать продукты приходилось у населения или другими путями. Оценив обстановку, где-то возле города Мир, при переходе Варшавского шоссе я разбил свой отряд на три группы и дал указание держать направление на город Старый Быхов на реке Днепр и поддерживать связь со мной. Мы предварительно разведывали местность (нет ли там немецких войск) и продвигались на восток. Это занимало время, но попасть в плен или быть уничтоженными не хотели. Полагали, что живыми мы еще принесем пользу. И нам это удалось. Пройдя от Слонима еще около 430 километров, выбирая безопасные маршруты, обходя немецкие заставы и населенные пункты, занятые противником, 18 июля в районе города Рогачева мы перешли линию фронта. Это произошло через 26 дней после начала войны и отхода из города Августова. Мы с 22 июня по 18 июля выполняли приказы командования Управления погранвойсками и отходили на восток. Я не имел никакой связи с погрануправлением, но, поняв, что находимся в окружении, принял решение отходить и пробиваться на восток.

Генерал Карбышев числа 10 июля ушел из отряда, сказав, что он будет переходить через Днепр в районе города Быхова. Я не мог ему препятствовать. А маршала Кулика и командующего 10-й армией генерал-майора Голубева я передал командованию Красной Армии по акту.

Позже мне стало известно, что тов. Сталин понизил маршала Кулика до звания генерал-майора, а в ноябре 1941 года назначил командующим 4-й армией под Ленинградом. Но Кулик не смог выполнить поставленную ему задачу. В 1943 году ему был дан еще один шанс показать себя, он был назначен командующим армией во время Курской битвы, командовал гвардейской армией, которая подходила к фронту под звуки оркестра. Маршал Жуков снял его с должности.

Мои остальные две группы также перешли фронт, почти не имея потерь, в отряде осталось около 400 человек пограничников. Основные потери моего отряда были в первый день войны: 22 июня мы потеряли около 1400 человек. Я не знал, как воевали заставы. Как донес мне начальник штаба 86-го погранотряда капитан Янчук, который замещал меня с 18 часов 21 июня до 19 часов 22 июня, телефонная связь с линейными погранзаставами была прервана с первых минут внезапного нападения немцев. В это время две трети состава каждой из застав (то есть около 40 человек), несли службу парными нарядами на самой линии границы, то есть ходили на виду у немцев. Остальные 20 человек были в помещении - городке заставы. Это недостаточно для отражения нападения армейских войск немцев. А мы наблюдали, как немцы устанавливали артиллерию напротив городков погранзастав. Я не сомневаюсь, что все заставы с честью выполнили свой долг. Но в числе 600 человек, которые отошли 22 июня 1941 года, этих героев не было. Из окружения вышли, в основном, люди из штабных подразделений. Напомню, что в первые минуты войны на участке 1-й и 2-й комендатур, это на правом фланге, примерно в 40-60 километрах от Гродно, прорвались крупные силы немецких танков и мотопехоты и пошли по шоссе на Гродно, куда они ворвались с ходу. Меня же генерал Кузнецов убеждал, что войны не будет.


 

 

Источники:
1. Военно-Исторический Архив, 2002, № 6

Обновлено 18.10.2013 21:13
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Copyright © 2003-2014 WELTKRIEG.RU