Сверлильно-присадочный станок BORA-21m. . . . салон красоты эпиляция
Восточный фронт: оборона Одессы в 1941 году, бои у ворот города PDF Печать E-mail
Автор: Олег Бегинин   
11.03.2010 13:28

Положение Приморской армии, отошедшей под давлением превосходящих сил противника на ближние подступы к городу, стало очень тяжелым. Большие потери в личном составе, особенно в командных кадрах, очень ослабили боеспособность войск. По-прежнему отсутствовали такие виды вооружения, как танки, не было армейской авиации, постепенно подходили к концу запасы снарядов. Особенно плохо обстояло дело с минометами и зенитной артиллерией. Катастрофическое положение сложилось с ручными и противотанковыми гранатами.

В это время произошло очень важное событие, имевшее прямое отношение к делам обороны. В связи с отходом войск Приморской армии на ближние подступы к Одессе они вместе с частями Одесской военно-морской базы составили по существу единый гарнизон осажденного города. Руководство же обороной оставалось двойственным, поскольку командование сухопутными войсками находилось в руках командующего Приморской армией, а морскими силами - в руках командующего Одесской военно-морской базой. Такое двоевластие в момент, когда создалась исключительно тяжелая обстановка и враг близко подошел к Одессе, было нетерпимо. Кроме того, в связи с огромными задачами, которые теперь стояли перед партийными и советскими организациями города, в составе единого руководящего органа обороны надо было иметь ответственных товарищей из обкома КП(б)У.

Вопрос о едином командовании был правильно решен путем создания Одесского оборонительного района во главе с начальником Одесской военно-морской базы контр-адмиралом Г.В.Жуковым с непосредственным его подчинением командующему Черноморским флотом.

Согласно директиве Ставки Верховного Главнокомандования от 19 августа командующему оборонительным районом была предоставлена вся полнота власти, в его распоряжении сосредоточивались все силы и средства Приморской армии, военно-морской базы и все ресурсы города.

Командующий Приморской армией генерал-лейтенант Софронов был назначен также заместителем командующего Одесским оборонительным районом по сухопутным войскам, а новый начальник Одесской военно-морской базы контр-адмирал Кулишев и командующий воздушными силами комбриг Катров - соответственно заместителями командующего оборонительным районом по морским и авиационным силам.

Для разработки планов ведения обороны и претворения их в жизнь был создан штаб Одесского оборонительного района. Начальником штаба был утвержден генерал Шишенин, его заместителем по морским вопросам - капитан 1-го ранга Иванов.

Членами вновь образованного Военного совета Одесского оборонительного района были назначены дивизионный комиссар Ф.Н.Воронин и бригадный комиссар И.И.Азаров. Впоследствии членом Военного совета был назначен первый секретарь Одесского обкома КП(б) Украины А.Г.Колыбанов. Вхождение в состав Военного совета руководителя партийной организации позволило ставить и решать задачи, непосредственно связанные с участием в обороне населения города.

В результате реорганизации командования была создана стройная система руководства обороной Одессы, полностью отвечавшая сложившейся обстановке.

К этому времени завязались ожесточенные бои уже на ближних подступах к Одессе, в ходе которых части Приморской армии вынуждены были продолжать отход. Особенно сильные бои шли на рубеже Палиово - Выгода - хутор Петровский, где с 20 августа оборонялись части 95-й стрелковой дивизии с бронепоездом №1, и на участке 25-й стрелковой дивизии, отходившей на новый рубеж обороны: Карсталь - Маяки - Каролино-Бугаз.

Атаки вражеских войск усиливались с каждым днем. С приближением противника к окраинам города обстановка стала накаляться. Лицом к лицу стояли две силы: одна - несущая смерть и разрушение, другая - защищающая свою свободу и независимость, свою землю, свой родной дом.

Наступали решающие дни - дни тяжелых боев и ответственных решений.

Во второй половине августа на фронт для непосредственного руководства действиями своих войск прибыл диктатор Румынии - Ион Антонеску. Он потребовал захватить Одессу не позднее 3 сентября.

С утра 19 августа 13-я и 15-я пехотные дивизии противника под прикрытием мощного артиллерийского и минометного огня перешли в наступление в общем направлении на Новую Дофиновку. Враг решил прорваться к берегу моря восточнее Одессы, огнем артиллерии разрушить морской порт и полностью нарушить морское сообщение города с “Большой землей”. В результате беспрерывных ожесточенных атак противник ценой больших потерь вышел на линию: молочная ферма Допра - совхоз “Ильичевка” - Корсунцы - соляная мельница - высота 77,9 - хутор Черевичный.

Командование Одесского оборонительного района приняло решение в ночь с 24 на 25 августа отвести правофланговые части восточного сектора к Александровке. Отход прикрывался огнем береговой батареи, стоявшей в Чебанке. После этого батарея была взорвана. В дальнейшем действия отходивших частей поддерживали огнем своей артиллерии эсминцы “Фрунзе”, “Смышленый”, “Беспощадный”.

Большую роль сыграла авиация Черноморского флота. 22 августа советские самолеты непрерывно наносили удары по скоплениям вражеских войск в районах Булдинка и Свердлове, уничтожив около 40 танков и несколько десятков автомашин с пехотой. В результате был обеспечен организованный отход советских войск на новые оборонительные рубежи. Отходя, войска сектора нередко переходили в контратаки, в ходе которых враг нес большие потери в живой силе и технике. Только в ночном бою 28 августа было взято в плен до роты румынских солдат и захвачено 2 противотанковых орудия, 3 миномета и 3 пулемета.

Но большие потери несли и советские войска. Поэтому советским командованием было принято решение о реорганизации и пополнении войск восточного сектора.

Из-за недостатка сил, а главное - боевой техники вновь созданная 421-я стрелковая дивизия была вынуждена продолжать отход. К 1 сентября она закрепилась на линии: высота 47,4 - совхоз “Ильичевка” - Протопоповка.

Упорные бои развертывались и в западном секторе обороны, на участке 95-й стрелковой дивизии. Сосредоточив против нее 3-ю, 7-ю и 11-ю пехотные дивизии, усиленные танками и авиацией, вражеские войска нанесли главный удар по правофланговым частям западного сектора. Закипели ожесточенные бои, не стихавшие ни днем, ни ночью. В результате непрерывных атак противнику хоть и удалось продвинуться в глубь советской обороны на 1-1,5 км, но прорвать линию обороны сектора они так и не смогли. В дальнейшем и на этом участке фронта бои приняли позиционный характер.

Более тяжелое положение сложилось в южном секторе, где 1-я румынская пограничная дивизия начала наступление на Кагарлык с целью сломить сопротивлении 25-й стрелковой дивизии и обойти ее левый фланг.

В ночь на 20 августа значительно ослабленная 25-я дивизия была вынуждена начать отступление. Ее отход на юг продолжался с боями до конца августа, и она заняла рубеж Вакаржаны - Красная Юхимовка.

Несмотря на некоторое продвижение противника по направлению к городу, план захвата Одессы полностью провалился. Вражеские войска понесли огромные потери в людях и боевой технике, не решив поставленных перед ними задач. Части и соединения Одесского оборонительного района сражались с беззаветным мужеством. Вынужденные отступать под напором численно превосходящего врага, советские воины боролись за каждый метр родной земли. Тысячи пехотинцев, артиллеристов, саперов, летчиков, моряков, проявляя массовый героизм, снискали добрую воинскую славу.

Незаменимую помощь защитникам Одессы оказывали отряды партизан, действовавших в тылу врага и наносивших ощутительные удары по коммуникациям противника. Только в течение сентября один из партизанских отрядов, оперировавших западнее Одессы, совершил 18 налетов на вражеские колонны, направлявшиеся на фронт. В боях с врагом партизаны уничтожили более 200 солдат и офицеров и захватили много вооружения и боеприпасов.

Партизаны другого отряда, действовавшего северо-западнее Одессы, разрушили 7 больших мостов и заминировали дороги в 16 местах. На минах взорвались 6 автомашин с пехотой противника.

Третий партизанский отряд уничтожил 17 цистерн с горючим и две автоколонны со снарядами для вражеской артиллерии.

В середине сентября обстановка на фронте резко осложнилась. Потери в войсках, оборонявших город, достигали 40% и выше, и хотя до 12 сентября в Одессу регулярно прибывали пополнения, общая численность которых превысила 25 тысяч человек, это не могло возместить потерь, особенно в командных кадрах.

Исключительно тяжелые бои шли на участке 25-й дивизии, удерживавшей рубеж Вакаржаны - Красная Юхимовка под ожесточенными ударами противника в течение 12 дней. Однако силы дивизии иссякали. Создалась реальная угроза прорыва врага непосредственно к окраинам города. Поэтому командование оборонительного района приняло решение отвести части 25-й дивизии на линию Сухого лимана. Хотя этот отход и улучшал тактическую обстановку в южном секторе обороны, но в оперативном отношении он давал противнику ряд важных преимуществ. Одно из них состояло в том, что вражеские войска, выйдя на побережье Черного моря от Каролино-Бугаза до Сухого лимана, получали возможность обстреливать артиллерийским огнем как сам город, так и порт и находящиеся в нем корабли.

Создавшееся положение заставило советское командование оборонительного района принять срочные меры для пополнения войск. Были организованы 15-20-дневные курсы лейтенантов, на которых обучались воентехники, штабные и административные работники. Около 700 человек из штабов и тыловых учреждений Приморской армии было направлено на командные должности в войсковые части, сражавшиеся на фронте. Все население Одессы, способное носить оружие и не занятое производством оборонной продукции, спешно направлялось в войсковые части. В этих целях одесскому областному военному комиссару было дано указание провести всеобщую мобилизацию всех трудоспособных мужчин в возрасте до 60 лет. Призванные контингенты должны были формироваться в маршевые роты и батальоны и после краткого обучения направляться на фронт. Кроме того, было принято решение о дополнительной мобилизации работников милиции, НКВД и пожарных команд. На фронт были направлены также и подразделения народного ополчения.

Эти мероприятия значительно улучшили общую обстановку на фронте, но они не давали надежной уверенности в длительной обороне города без проведения активных наступательных действий. Идея такого наступления уже давно зрела в замыслах командования Одесского оборонительного района и Черноморского флота.

Однако осуществить его без усиления гарнизона Одессы хотя бы одной стрелковой дивизией было невозможно. Да и независимо от планов наступления присылка нового войскового соединения была абсолютно необходимой мерой. Поэтому Военный совет Одесского оборонительного района запросил Ставку Верховного Главнокомандования о возможности получения пополнения для частей Приморской армии - хотя бы одной стрелковой дивизии. 15 сентября из Ставки пришел ответ: “Передайте просьбу Ставки Верховного Главнокомандования бойцам и командирам, защищающим Одессу, - продержаться 6-7 дней, в течение которых они получат подмогу в виде авиации и вооруженного пополнения”.

18 сентября из Новороссийска в Одессу прибыла 157-я стрелковая дивизия (командир дивизии полковник Д.И.Томилов) численностью 12618 человек с 70 орудиями и 15 танками, которая составила резерв командующего оборонительным районом. Прибытие дивизии было встречено защитниками города с огромным энтузиазмом.

Тем временем с утра 15 сентября противник возобновил наступление по всему фронту. Главный удар нанесли три пехотные дивизии, поддержанные танками, в общем направлении Вакаржаны - Дальник. Бои приняли исключительно ожесточенный характер. Ценой огромных потерь врагу удавалось местами вклиниться в расположение советских войск, но тотчас же защитники Одессы яростными контратаками отбрасывали его в исходное положение.

Одновременно с востока и запада ежедневно производился методический обстрел города крупнокалиберными снарядами. Вражеская авиация бомбила город, сбрасывая большое количество зажигательных и фугасных бомб весом до двух тонн. Возникали многочисленные пожары, разрушались здания, повреждались водопровод, канализация, телефонная связь, электрическая сеть, прекращалось трамвайное движение. От огня артиллерии противника пострадали эсминцы “Бодрый” и “Шаумян”, пароходы “Абхазия”, “Днепр” и “Грузия”.

Но чем опаснее становилась обстановка на фронте, тем сильнее возрастало сопротивление защитников Одессы.

В итоге сорокадневных боев за Одессу вражеские войска не сумели выполнить поставленную перед ними задачу - овладеть городом. За это время они понесли огромные потери в живой силе и технике. Десятки тысяч солдат и офицеров противника навсегда легли в одесскую землю. Многие тысячи румынских солдат, раненных под Одессой, переполнили все больницы Бухареста. Под госпитали были заняты почти все школы румынской столицы.

Фронт обороны Одессы оставался по-прежнему крепким. Защитники его не только мужественно и стойко отражали многочисленные атаки противника, но и сами наносили ответные удары.

Получив пополнение, командование Одесского оборонительного района решило провести наступательную операцию. Получив одобрение командования Черноморского флота, штаб оборонительного района приступил к разработке плана боевых действий. Замысел этой операции заключался в следующем: на правом фланге обороны, в районе Григорьевки, должен высадиться морской десант и нанести удар по тылам противнику в северо-западном направлении. Одновременно должны перейти в наступление па северо-восток части 421-й Одесской и вновь прибывшей 157-й стрелковых дивизий.

Таким образом, операция намечалась как комбинированный удар сухопутных войск с фронта и морского десанта с тыла. Конечной целью было окружение и уничтожение группировки противника, действовавшей между Аджалыкским и Большим Аджалыкским лиманами.

Началу операции предшествовала длительная подготовка. Так, личный состав 3-го морского полка, которому было поручено осуществление десантной операции, прошел длительную тренировку в Севастополе, в Казачьей бухте. Самым тщательным образом были отработаны ночная высадка десанта с кораблей, его действия при встрече с противником и поддержка высадившихся частей корабельной артиллерией и авиацией.

Для переброски десанта и обеспечения его боевых действий во время высадки и в дальнейшем предназначались крейсеры “Красный Кавказ” и “Красный Крым”, эсминцы “Бойкий” и “Безупречный”, канонерские лодки “Красная Грузия”, “Кубань” и пять скоростных катеров. Непосредственно для высадки были выделены 19 катеров, 9 корабельных баркасов и буксир “Алупка”.

Выход кораблей с десантом из Севастополя был назначен на 13 часов 21 сентября - с тем, чтобы к часу ночи 22 сентября подойти к району Григорьевки. Готовившаяся операция держалась в строгой тайне. Только после выхода кораблей в открытое море командирам подразделений десантного отряда была объявлена боевая задача. До этого никто из них не знал ни места, ни срока высадки, ни направления удара. Перед началом операции была проведена тщательная авиационная и наземная разведка районов, входивших в зону будущих действий десанта. Днем 21-го и в ночь на 22 сентября советские самолеты нанесли бомбовые удары по скоплениям войск противника в восточном секторе обороны.

Командующий эскадрой контр-адмирал Л.А.Владимирский, руководивший десантной операцией, вышел из Севастополя на эсминце “Фрунзе” несколько раньше, чтобы засветло встретиться с командованием Одесского оборонительного района и согласовать с ним действия десанта. На подступах к Одессе эсминец был атакован вражеской авиацией и получил сильные повреждения.

Личный состав был вынужден оставить корабль, который вскоре затонул. Контр-адмирал Владимирский был ранен, и вместо него командующим десантной операцией был назначен контр-адмирал С.Г.Горшков, который и провел операцию в полном соответствии с утвержденным планом.

В 22 часа 21 сентября караван судов с десантом подошел к берегу в районе Григорьевки. Во втором часу ночи 22 сентября, после сильного огневого удара корабельной артиллерии по расположению противника в районе Григорьевки, началась высадка десанта. Одно подразделение за другим быстро перебрасывались на берег. О начале высадки ярко рассказывается в воспоминаниях вице-адмирала И.И.Азарова: “Первой высадилась на берег рота 3-го батальона под командованием лейтенанта Чарупы. Когда баркасы отходили от кораблей, противник, видимо подавленный мощной артподготовкой, молчал.
Но вот баркасы кое-где коснулись грунта. Враг опомнился и открыл ружейно-пулеметный огонь. Видя, что среди десантников имеются раненые, старший политрук Еремеев приказал группе прикрытия, обеспечивающей высадку, подавить огневые точки противника на берегу.
Подняв над головой винтовки и гранаты, люди прыгали в темную воду и торопливо двигались к берегу. Вместе со всеми шел по грудь в воде комиссар полка Слесарев. Вода была сентябрьская, холодная, вокруг рвались вражеские мины, свистели пули, но в сознании у всех одно: скорее зацепиться за берег. Почувствовав под собой землю, лейтенант Чарупа и пять краснофлотцев бросились вперед. Они уничтожили огневые точки противника, которые вели огонь по баркасам, и дали возможность всему десанту высадиться с небольшими, сравнительно, потерями.
Командир 3-го батальона старший лейтенант Матвиенко и военный комиссар политрук Прохоров высадились с двумя ротами вслед за Чарупой. Они должны были занять Григорьевку и не допустить обстрела противником второго отряда десанта”.

В пятом часу утра 22 сентября высадка десанта была полностью закончена.

С рассветом эсминцы “Бойкий” и “Безупречный” открыли сильный артиллерийский огонь. Авиация Черноморского флота нанесла бомбовые удары по районам Свердлове и Старой Дофиновки. В 6:15, над районом действий десанта появились истребители 69-го авиаполка, которые атаковали вражеские аэродромы в районе поселка Визирка, уничтожив около 20 немецких самолетов.

В 7 часов авиация Черноморского флота нанесла повторный удар по группировкам противника в районах Александровки, совхоза “Ильичевка” и Гильдендорфа. Одновременно с высадкой морского десанта в тылу врага в районе между Булдинкой и Свердлово был сброшен парашютный десант, который действовал двумя группами, стремясь уничтожить линии проволочной связи противника и его командные пункты.

Успешно высадившись на берег, десантный полк быстро перешел в наступление: 3-й батальон - в направлении Старой Дофиновки, 1-й батальон - на Чебанку и Новую Дофиновку; 2-й батальон наступал во втором эшелоне. В тот же день к 18 часам десантный полк выполнил поставленную перед ним боевую задачу, выйдя в район Чебанка, Старая Дофиновка, Новая Дофиновка.

В ходе наступления было разгромлено более батальона противника и захвачена батарея из четырех 105-миллиметровых орудий, методически обстреливавшая городские кварталы. В 8 часов утра 22 сентября началось наступление 421-й и 157-й стрелковых дивизий. Сначала они встретили ожесточенное сопротивление противника, но вскоре он был вынужден в беспорядке отступить на север и северо-запад, бросая оружие и снаряжение. К исходу дня части обеих дивизий вышли к Александровне, где соединились с десантным полком. В ходе дальнейшего успешного наступления были разгромлены 13-я и 15-я румынские пехотные дивизии. Вражеские войска понесли серьезные потери - не менее 2000 солдат и офицеров убитыми и пленными. Советскими войсками было захвачено 50 орудий и минометов, 6 танков, 127 станковых пулеметов, 1100 автоматов и винтовок, 13500 мин и ручных гранат, 3000 снарядов и много другого вооружения и боеприпасов.

Противник был отброшен от занимаемых им рубежей на 5-10 км, что лишило его возможности вести артиллерийский обстрел города. Свободный вход наших судов в порт был обеспечен. В результате наступления положение частей Приморской армии на правом фланге улучшилось. Но самое главное - эта операция подняла боевой дух защитников Одессы. Население города с энтузиазмом встретило героев-десантников.

В то же время настроение войск противника резко ухудшилось. В первые дни войны среди румынских солдат находились простаки, которые верили в осуществление трехнедельного плана гитлеровского блицкрига; теперь, после больших потерь на подступах к Одессе, положение в корне изменилось: не только солдаты, но и офицеры были охвачены тревогой и растерянностью. Об этом свидетельствовали заявления пленных и официальные документы.

Пленный капрал Илья Нику заявил: “...На фронт под Одессу наш полк прибыл 7-8 августа. Когда мы прибыли сюда, полк, как и вся наша дивизия, был полностью укомплектован людьми. В 4-м полку было около 4000 человек, в 5-й роте - 240 человек. После нескольких атак на русские позиции за 8-10 дней из полка выбыло около 1500 человек. Тогда Дивизия была отведена на отдых и пополнена за счет бывшего резерва.
С 15-16 августа и по настоящее время пополнения наш полк не получал. В полку осталось около 40% людского состава. В нашей 5-й роте 15-16 августа было 240 человек, а сейчас осталось всего около 50 человек.
Такое же положение и в других ротах нашего полка. Больше всего наших солдат гибнет от русской артиллерии, пулеметного и винтовочного огня”.

Мощные удары артиллерии, особенно с кораблей Черноморского флота, минометный и пулеметный огонь наносили врагу жестокие потери.

В одном из писем домой, рассказывая о боях под Одессой, румынский офицер Тодореску писал: “В последнем бою нас уничтожали в течение 24 часов тяжелой артиллерией, минометами и пулеметами так, что из моего несчастного взвода осталось в живых только 5 человек. Нас били пулеметами справа, гранатами слева и сверху самолетами...”.

Тяжелые потери деморализующе действовали на войска противника. Это приводило к серьезным нарушениям воинской дисциплины в их рядах. В приказе №335 румынское командование отмечало: “...На фронте установлено прежде всего полное отсутствие организации. Такая же недисциплинированность и в тылу... Колонны продолжают двигаться в беспорядке... Отдельные люди блуждают по полям и дорогам без дела”.

И недалек от истины был Антонеску, когда в результате инспектирования одной дивизии вынужден был сравнить ее командный пункт с сумасшедшим домом.

Все эти факты свидетельствовали о сильном упадке боевого духа в войсках противника. Немалую роль сыграла здесь и советская пропаганда. В расположение войск противника и в тыл врага сотнями и тысячами забрасывались листовки и пропуска. Были распространены четыре листовки на немецком языке общим тиражом 542 тысяч экземпляров и 13 листовок на румынском языке общим тиражом 1145 тысяч экземпляров, плакат-листовка тиражом 95 тысяч экземпляров и фотогазета тиражом 50 тысяч экземпляров. Только за август общий тираж изданной для солдат противника литературы (листовки, плакаты) составил 1107 тысяч экземпляров. Пропусков для сдачи в плен было выпущено 206 тысяч.

Несмотря на строжайшие запреты и угрозы, немецкие и румынские солдаты внимательно читали советские листовки. 31 августа 1941 года на участке 1-го полка морской пехоты сдалась в плен группа солдат 10-го румынского пехотного полка во главе с командиром взвода. Они принесли с собой несколько винтовок, пулемет и миномет. При сдаче в плен все солдаты предъявили листовки-пропуска.

На передовой линии организовывались передачи на румынском языке, для чего использовалась звуковещательная станция.

В результате успешных боев в сентябре фронт Одесского оборонительного района прочно стабилизировался. К 1 октября передний край обороны на ближних подступах к Одессе проходил по линии: в восточном секторе, где находились части 421-й стрелковой дивизии, - Новая Дофиновка - Большой Аджалыкский лиман - Протопоповка; в западном секторе, где сражались 95-я и 157-я стрелковые дивизии, - Алтестово - Гниляково - Дальник; в южном секторе, где фронт держали 25-я стрелковая и 2-я кавалерийская дивизии, - Дальник - хутора Болгарские - восточный берег Сухого лимана.

Закрепившись на этих рубежах, советские войска успешно отражали атаки противника и неоднократно сами переходили к активным действиям. Готовясь оборонять Одессу в течение длительного времени, командование оборонительного района разработало мероприятия по подготовке к зиме. Были начаты утепление землянок, заготовка топлива для войск и населения.

Лозунг “Никогда не отдадим Одессу!” продолжал жить в сердцах защитников города.


Источники:
1. Евстигнеев В.Н., “70 героических дней”, Наука, 1964
2. Азаров И.И., “Осажденная Одесса”, М., Воениздат МО СССР, 1962

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

document.write("