abb выключатели 1p10a пвс кабель установить двери в раменском. уральско-транспортная компания оренбург. Создание сайтов в Казани по приемлемым ценам.Балансировка автомобиля | На сайте http://www.olvans.ru плазменная резка листового металла чпу. | Лебедка на квадроцикл тут.
Восточный фронт: Берлинская операция, 1945 год PDF Печать E-mail
Автор: Олег Бегинин   
11.03.2010 16:00

На подступах к Берлину.
К началу 1945 г. советско-германский фронт и рубеж, занимаемый англо-американскими войсками, разделяло более тысячи километров. Причем Берлин находился как раз посередине. Однако спустя месяц положение кардинально изменилось. В ходе стремительного наступления Красная Армия вторглась в пределы Германии и к концу января вышла на ближайшие подступы к Берлину, ей оставалось преодолеть всего 60 км. Англо-американские войска смогли начать наступление только 8 февраля, когда они оправились от внезапного и мощного контрудара немцев в Арденнах. В начале апреля западные союзники, окружив рурскую группировку противника, находились от столицы Германии в 300 км.

И Красная Армия, и англо-американские войска стремились овладеть Берлином первыми. В таком состязании не было никакой военной необходимости. Главная причина имела политическую подоплеку, хотя границы оккупационных зон Германии были уже согласованы главами правительства СССР, США и Великобритании на Крымской конференции. Согласно ее решениям, западная граница советской зоны оккупации должна была проходить в 150 км западнее от Берлина, который также надлежало поделить между союзниками.

Идея упредить Красную Армию в овладении германской столицей принадлежала британскому премьер-министру У.Черчиллю. Свои соображения по этому поводу он изложил еще прошлой осенью, но, несмотря на изменившуюся обстановку, продолжал отстаивать их и весной 1945 г. 1 апреля Черчилль настойчиво уговаривал президента США Рузвельта: "Если Берлин окажется в пределах нашей досягаемости, мы, несомненно, должны его взять. Это кажется разумным и с военной точки зрения". Главнокомандующий союзными войсками в Западной Европе генерал Д.Эйзенхауэр имел все основания считать, что "с военной точки зрения будет неправильно при данной стадии развития операции делать Берлин главным объектом наступления, особенно ввиду того, что он находится в 35 милях от рубежа расположения русских". Эйзенхауэр еще 28 марта направил Сталину личное послание, в котором излагал план своих дальнейших действий. Он рассчитывал в конце апреля, а может быть, и ранее, разгромить окруженного в Руре противника и продолжать наступление с целью рассечения всех его сил путем соединения с советскими войсками. Главный удар предполагалось нанести в направлении Эрфурт, Лейпциг, Дрезден, где и намечалась встреча с Красной Армией. В послании ни слова не говорилось о Берлине, хотя на Крымской конференции сообщалось, что именно сюда будут наступать англо-американские войска.

Советское же командование в эти дни завершало планирование Берлинской операции. На заседании Ставки ВГК 1 апреля в присутствии командующих 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами обсуждался ее замысел. Мощными ударами 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов намечалось прорвать оборону противника на Одере и Нейсе, окружить и уничтожить основные силы его берлинской группировки и, выйдя на Эльбу, соединиться с наступающими с запада союзниками. Одобрив замысел, Сталин потребовал подготовить операцию в короткие сроки, причем начать ее не позднее 16 апреля, а завершить через 12-15 дней. Ставка спешила, опасаясь, как бы союзники не опередили советские войска в овладении Берлином.

Именно в этот же день, после совещания, Сталин ответил на послание с 28 марта. Он сообщал, что план Эйзенхауэра целиком совпадает с планами командования Красной Армии. Сталин заверял союзника, что Берлин якобы утратил свое прежнее стратегическое значение и поэтому для взятия его советское командование выделяет лишь второстепенные силы, а главный удар нанесет целью соединения с англо-американскими войсками. Наступление главных сил начнется приблизительно во второй половине мая. "Впрочем, - писал он далее, - этот план может подвергнуться изменениям в зависимости от изменения обстановки". В какой-то мере последнее дополнение должно было оправдать две сознательно допущенные советским лидером неточности: во-первых, для наступления на Берлин выделялись главные силы советских войск, а не второстепенные; во-вторых, согласно только что намеченному сроку оно должно было начаться на целый месяц раньше.

Германское командование стремилось любой ценой сдержать наступление Красной Армии в надежде выиграть время для заключения сепаратного мира с западными державами. Такая политика, рассчитанная на раскол антигитлеровской коалиции, после Крымской конференции глав правительств трех великих держав стала абсолютно нереальной. В опубликованном коммюнике об итогах работ конференции Рузвельт, Сталин и Черчилль, заявили: "Нацистская Германия обречена. Германский народ, пытаясь продолжать свое безнадежное сопротивление лишь делает для себя тяжелее цену своего поражения".

Однако Гитлера волновала не судьба германского народа, а сохранение фашистского режима. Все его помыслы о сепаратном мире были устремлены на запад. На восточном фронте он потребовал от вермахта, наоборот, усилить сопротивление. В специальных указаниях национал-социалистической партии от 3 апреля говорилось: "Наш взор должен быть обращен только на восток, независимо от того, что будет происходить на западе. Удержание Восточного фронта является предпосылкой к перелому в ходе войны!".

При организации обороны на советско-германском фронте германское командование основные силы сосредоточило на берлинском направлении. Спешное оборонительное строительство здесь началось в январе, когда советские войска прорвали оборону на Висле. Интенсивность его нарастала за счет привлечения местного населения, иностранных рабочих и даже военнопленных, хотя использование последних на объектах военного значения международными законами категорически запрещено.

Основой обороны противника на берлинском направлении являлся рубеж вдоль Одера и Нейсе. Наиболее сильные рубежи и на большую глубину немцы создали против 1-го Белорусского фронта, войска которого ближе всех подошли к Берлину. За одерско-нейсенским рубежом немцы оборудовали Берлинский оборонительный район, который состоял из трех кольцевых обводов вокруг столицы. Берлинское направление обороняли войска групп армий "Висла" и "Центр" под командованием генералов Г.Хейнрици и Ф.Шернера. 5 апреля Гитлер присвоил последнему звание генерал-фельдмаршала. Войска, сосредоточенные на этом направлении от Балтики до Карпат, насчитывали около 1 млн. солдат и офицеров, 1,5 тыс. танков и штурмовых орудий, 10,4 тыс. орудий и минометов. Их поддерживали основные силы люфтваффе в количестве 3,3 тыс. боевых самолетов, в том числе 120 только что появившихся реактивных истребителей Ме-262.

Советским войскам предстояла тяжелая борьба, особенно 1-му Белорусскому фронту. Против кюстринского плацдарма на р. Одер, захваченного войсками этого фронта, на участке 44 км генерал Хейнрици сосредоточил 14 дивизий. В среднем на каждый километр приходилось 60 немецких орудий и минометов, 17 танков и штурмовых орудий. Самый мощный узел сопротивления на пути к Берлину немцы оборудовали на Зееловских высотах. Их крутые, изрезанные оврагами склоны, которые возвышались над широкой долиной Одера в 10-12 км от кюстринского плацдарма, танки могли преодолеть только по дорогам. Фронту предстояло прорвать подготовленную и заранее занятую войсками оборону противника общей глубиной около 100 км. В то же время 2-му Белорусскому и 1-му Украинскому фронтам противостояли значительно меньшие силы, оборона которых имела глубину не более 40км.

Наступление советских войск осложняли весеннее половодье и распутица. В первую очередь это касалось 2-го Белорусского фронта, который должен был начинать прорыв обороны с форсирования Одера. Река здесь имела два рукава, Ост-Одер и Вест-Одер, разделенные двухкилометровой поймой. Залитое половодьем междуречье допускало движение только по дамбам. Для 1-го Белорусского фронта значение Одера как водной преграды снижалось наличием кюстринского плацдарма. Однако на коротком пути к Берлину его войскам нужно было продвигаться по густо населенной местности со множеством каменных построек. В полосе предстоящих действий 1-го Украинского фронта основными естественными преградами были реки Нейсе и Шпрее, не говоря уже о сплошных лесных массивах.

Разгром мощной группировки противника на берлинском направлении в сжатые сроки требовал больших усилий. Кроме войск трех фронтов к проведению Берлинской операции привлекались часть сил 18-й воздушной армии дальней авиации, войск противовоздушной обороны страны, Балтийского флота и Днепровская военная флотилия. Всего насчитывалось 2,5 млн. человек, 41,6 тыс. орудий и минометов, 6250 танков и самоходных артиллерийских установок, 7,5 тыс. боевых самолетов. Никогда еще за всю войну столь большое количество сил и средств не сосредоточивалось для наступления в такой узкой полосе, общая ширина которой составляла всего 385 км. Советское командование добилось на берлинском направлении превосходства над противником в личном составе в два с половиной раза, артиллерии и танках - в четыре и самолетов - более чем вдвое. Выделенные силы под руководством накопивших богатейший опыт военачальников обеспечивали выполнение поставленных задач.

Основная роль в предстоящей операции отводилась 1-му Белорусскому фронту. Его войсками командовал прославленный полководец маршал Г.К.Жуков, который одновременно являлся заместителем Верховного Главнокомандующего вооруженными силами. Наступая по кратчайшему пути на столицу Рейха, войска фронта наносили три удара. На направлении главного удара, который Жуков планировал с кюстринского плацдарма, наступали четыре общевойсковые и две танковые армии. Они уже на шестой день операции должны были взять Берлин. Севернее и южнее плацдарма наносили удары по две общевойсковые армии. Отрезая противника от Берлина, они должны были на одиннадцатый день выйти к Эльбе.

С войсками маршала Жукова тесно взаимодействовали 1-й Украинский и 2-й Белорусский фронты, возглавляемые маршалами И.С.Коневым и К.К.Рокоссовским. 2-й Белорусский фронт должен был ударом трех армий из района южнее Штеттина отсечь противника от Берлина в Западной Померании и уничтожить его. Войскам Конева предстояло нанести два удара: главный - силами трех общевойсковых и двух танковых армий южнее Берлина, а вспомогательный - двумя армия-ми на Дрезден. Ставка приказала Коневу предусмотреть поворот танковых армий на север, чтобы в случае необходимости помочь войскам 1-го Белорусского фронта в овладении Берлином.

Такое решение вполне устраивало Конева. "Разумеется, это было моим страстным желанием, - писал он после войны об ударе на Берлин. - Не боюсь в этом признаться и сейчас". Однако Жуков делиться славой в овладении столицей Германии с соседом не хотел. Вернувшись из Москвы, он изменил задачу танковым армиям, которые согласно только что полученной директиве Ставки от 2 апреля должны были обходить Берлин с севера. Жуков приказал 1-й гвардейской танковой армии наступать южнее города, чтобы уже на второй день выйти к нему, а затем на западной окраине соединиться со 2-й гвардейской танковой армией, которой по-прежнему предстояло продвигаться севернее столицы. С военной точки зрения изменение задачи танковой армии было вполне обоснованным. Она могла быстрее общевойсковых армий выйти на южную окраину Берлина и лишить гарнизон противника возможности получать помощь с юга. Сталин утвердил новое решение командующего. "Действуйте, как считаете нужным, вам на месте виднее", - заявил он Жукову, когда тот изложил свои доводы.

Задачи фронтам Ставка ВГК поставила 2-6 апреля. До начала наступления оставалось совсем немного времени, а работа предстояла огромная. Главная трудность заключалась в создании ударных группировок. Дело в том, что основные силы фронтов находились в стороне от намеченных ударов. Из Восточной Пруссии в состав 1-го Украинского фронта прибывало две армии, которые, следуя в железнодорожных эшелонах, еще не подошли. В особенно сложных условиях оказался Рокоссовский: 2-му Белорусскому фронту предстояло перегруппировать войска из-под районов Данцига и Гдыни на расстояние 300 км и, сменив армии правого крыла 1-го Белорусского фронта, занять исходное положение для наступления в низовьях Одера. К 16 апреля 2-й Белорусский фронт никак не поспевал выйти в новые районы. Жуков лично докладывал об этом Сталину еще 29 марта. "Ну что ж, - ответил Верховный, - придется начать операцию, не ожидая действий фронта Рокоссовского. Если он запоздает на несколько дней — не беда". 1-му Белорусскому и 1-му Украинскому фронтам было приказано перейти в наступление 16 апреля, а 2-му Белорусскому - 20 апреля.

В целом к назначенным срокам войска завершили подготовку. Однако 28-я и 31-я армии 1-го Украинского фронта находились еще на подходе. Не успели полностью сосредоточиться в новых районах и некоторые части двух других фронтов. Их пришлось выделить во второй эшелон и резерв, а операцию начинать, не дожидаясь опоздавших. Сжатые сроки подготовки наступления отразились и на других вопросах, важнейший из них - тыловое обеспечение войск. В ходе их предыдущего продвижения, которое шло почти непрерывно уже более двух месяцев, большая часть запасов была израсходована; склады фронтов и армий отстали, тыловые коммуникации растянулись. Движение по железным и шоссейным дорогам восстанавливалось медленно. Работы было много, следовало спешить.

Тем не менее, тыл со своими задачами справился в целом успешно. К середине апреля были созданы необходимые запасы, хотя предстоящее наступление до р.Эльбы обеспечивалось боеприпасами лишь с учетом планируемых поставок. Оставалось их своевременно получить. Для облегчения подвоза фронтовые и армейские базы были сосредоточены непосредственно у Одера, что не требовало их перемещения до конца операции. Перед наступлением госпитали были освобождены от не подлежащих лечению во фронтовом тылу больных, а армейские госпитали подготовлены к перемещению и быстрому приему раненых.

Кропотливая работа велась и среди личного состава. Все воины от маршала до солдата понимали, что война подходит к концу. Вполне понятное стремление каждого остаться живым до долгожданной победы создавало определенные трудности. К тому же понесшие большие потери войска получили пополнение в основном за счет призванных из Прибалтики, Молдавии и западных районов Украины и Белоруссии, только что освобожденных от германской оккупации. Они были плохо обучены военному делу, в довершение слабо владели русским языком. Все это требовало от командиров и политработников особых усилий. Новых солдат командиры дивизий и начальники политотделов встречали лично. Сразу же проводились митинги, на которых ветераны поздравляли новичков со вступлением в ряды фронтовиков, призывали множить боевые традиции части. В торжественной обстановке вручалось оружие. Боевой дух всего личного состава поддерживался письмами родственников и земляков, которые призывали солдат и офицеров быстрее разгромить врага и живыми вернуться домой.

Действия велись на германской территории, где требовалось найти четкую грань между мирным населением и врагом, который еще недавно оккупировал советскую землю, творя на ней неслыханные злодеяния. Важно было направить вполне естественный и справедливый гнев советских солдат к оккупантам на выполнение боевых задач, не допустив в то же время бесчинств в отношении местных жителей. В разгар подготовки наступления на Берлин газета "Красная звезда" 11 апреля опубликовала статью популярного советского писателя И.Эренбурга. В ней он призывал беспощадно мстить всем немцам. Через несколько дней "Правда" указала на ошибочность взглядов писателя. Однако в сознании советских воинов стремление мстить немцам преобладало и быстро побороть его было очень трудно. В памяти и перед глазами многих остались тысячи сожженных городов и сел, загубленные жизни родных, близких, товарищей по оружию.

Как и всегда, главной опорой командиров и политических органов в подготовке личного состава к выполнению боевых задач были коммунисты. Большие потери в предыдущих боях привели к распаду многих партийных организаций, поэтому принимались все возможные меры к их восстановлению. Только за месяц - с 15 марта до 15 апреля - партийные организации трех фронтов приняли в свои ряды более 17 тыс. солдат и офицеров, причем только лучших, особо отличившихся воинов. Основное внимание уделялось созданию полнокровных партийных организаций в подразделениях. С этой целью туда переводились коммунисты из тыловых частей. К началу наступления ротные ячейки уже насчитывали от 8 до 20 коммунистов. На собраниях, проведенных накануне наступления, принимались решения, которые обязывали коммунистов первыми подняться в атаку, в боях показать пример выполнения воинского долга.

В армиях 1-го Белорусского фронта готовились специальные Государственные флаги СССР размером 1,5 на 3 м. Каждая армия, наступавшая на Берлин, изготовила один такой флаг, предназначался он для водружения на поверженном здании парламента Третьего Рейха - рейхстаге. Однако в 3-й ударной армии решили заготовить девять знамен, по числу входящих в ее состав стрелковых дивизий. В свою очередь корпуса, дивизии, полки и даже подразделения имели свои красные флаги. Лучшим воинам поручалось установить их на объекте, захваченном у противника, что в ходе войны стало традицией.

Пока советские войска завершали подготовку к Берлинской операции, западные союзники стремительно продвигались на восток. 11 апреля бронетанковые дивизии 9-й американской армии генерала У.Симпсона начали выходить к Эльбе. До столицы Германии оставалось немногим больше 100 км. Оторвавшись от главных сил, подходившие к реке дивизии испытывали недостаток горючего. Генерал уверял, что если ему в течение двух суток подвезут запасы, он через 24 часа, опередив русских, будет в Берлине. Об этом доложили Эйзенхауэру, но главнокомандующий отклонил предложение. 15 апреля он писал в Вашингтон: "Хотя и верно то, что мы захватили небольшой плацдарм за Эльбой, однако следует помнить, что на эту реку вышли только передовые части; основные же силы пока находятся далеко позади". Реально оценивая обстановку, он как главнокомандующий отдавал себе отчет, что необходимых для овладения Берлином сил у него пока нет. Тем не менее, Черчилль смирился с этим лишь после того, как Красная Армия прорвала оборону немцев на берлинском направлении.

Штурм Берлина.
В 5 часов 16 апреля 1945 года, еще затемно, началась артиллерийская и авиационная подготовка, а спустя 20 минут и общее наступление. С началом наступления было включено 143 прожектора, лучи которых направлялись в сторону противника. Применение прожекторов для ослепления вражеских войск было новшеством, неожиданным для врага, и имело на короткое время психологическое воздействие. Проведение мощной артиллерийской подготовки только на глубину первой позиции отрицательно сказалось на ходе операции. Когда советские войска вышли ко второй, а на некоторых участках к третьей позиции, огневое сопротивление противника возросло, более того, он переходил в контратаки. Темпы продвижения войск 1-го Белорусского фронта резко сократились. В связи с этим командующий фронтом Маршал Советского Союза Г.К.Жуков в тот же день для завершения прорыва главной полосы и всей тактической зоны обороны противника ввел в сражение 1-ю и 2-ю гвардейские танковые армии. В результате к исходу первого дня операции удалось завершить прорыв главной полосы вражеской обороны и выйти ко второй полосе.

Попытки с ходу прорвать вторую полосу не увенчались успехом. Причина заключалась к том, что войска действовали в условиях сплошного оборонительного плацдарма противника, где было множество рек, каналов и озер. Кроме того, командование и штаб фронта недооценили данные разведки о преднамеренном отводе части сил немецких войск на Зееловские высоты, и штурм высот не был достаточно подготовлен. С утра 17 апреля после 20-30-минутной артиллерийской подготовки войска ударной группировки фронта начали прорыв второй полосы обороны и после ожесточенных боев к исходу дня прорвали ее, продвинувшись за день на 6-13 км. В последующие два дня войска 1-го Белорусского фронта, отражая многочисленные вражеские контратаки, завершили прорыв третьей полосы вражеской обороны, то есть всего Одерского оборонительного рубежа противника, на глубину до 30 км.

Несколько иначе проходило наступление 1-го Украинского фронта, утром после артиллерийской и авиационной подготовки дивизии первого эшелона форсировали р. Нейсе захватили плацдарм па противоположном берегу и к исходу дня прорвали главную полосу обороны противника. На следующий день, 17 апреля, войска ударной группировки, в том числе и танковые армии, отразив контратаки резервов противника, прорвали вторую полосу обороны, продвинувшись за два дня на глубину 18 км. Враг начал отход к третьей полосе обороны за р. Шпрее. На третий день операции, 18 апреля, войска главной ударной группировки фронта, развивая успех, с ходу форсировали Шпрее и частью сил взломали третью полосу обороны противника. Гитлеровцы понесли большие потери в живой силе и боевой технике. Танковые армии приступили к окружению берлинской группировки противника. На четвертый день наступления 1-и Украинский фронт прорвал Нейсенский оборонительный рубеж на всем фронте и вклинился в оборону врага до 50 км.

Боевые действия войск 2-го Белорусского фронта начались двумя днями позже, 18 апреля. В течение двух дней войска фронта форсировали Ост Одер, очистили междуречье от противника, заняли исходное положение для наступления на восточном берегу Вест Одер. Этими действиями 2-й Белорусский фронт прочно сковал силы 3-й танковой армии гитлеровцев и не позволил германскому командованию использовать ее для помощи соседней, 9-й армии, которая под ударами 1-го Белорусского фронта терпела поражение.

Завершив прорыв Одерско-Нейсенского оборонительного рубежа, войска главной ударной группировки 1-го Белорусского фронта продолжали наступать на Берлин с северо-востока и востока, а войска 1-го Украинского фронта - с юга и юго-востока. 20 и 21 апреля войска 1-го Белорусского фронта прорвали внешний берлинский оборонительный обвод и ворвались на окраину города с севера и северо-востока.

21-22 апреля с юга к Берлину вышли и части 1-го Украинского фронта. 24 апреля войска 8-й гвардейской, 3-й и 69-й армии 1-го Белорусского фронта соединились юго-восточное Берлина с 3-й гвардейской танковой и 28-й армиями 1-го Украинского фронта. Этим они рассекли берлинскую группировку противника па две части и одновременно окружили его франкфуртско-губенскую группировку (9-я армия). На следующий день, 25 апреля, войска 47-й и 2-й гвардейской танковой армий в районе северо-западнее Потсдама соединились с войсками 4-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта, завершив тем самым окружение всей берлинской группировки противника. В тот же день основные силы 5-й гвардейской армии 1-го Украинского фронта вышли в районе Торгау на восточный берег Эльбы и встретились с войсками 1-й американской армии. В результате этого территория Германии и ее вооруженные силы были рассечены.

Войска 2-го Белорусского фронта 20 апреля форсировали Вест Одер и до 25 апреля продолжали упорные бои с гитлеровцами за расширение плацдарма.

Ликвидация окруженной группировки противника юго-восточнее Берлина осуществлялась нанесением ударов по сходящимся направлениям с севера, востока и юга, широким применением маневра танковыми войсками, противотанковой артиллерией и резервами, а также быстрым созданием оборонительных рубежей на путях прорывающегося врага. Вначале части окруженной вражеской группировки пытались, но безуспешно, прорваться к Берлину; затем они устремились на запад: крупной группировке (до 45 тыс. человек) удалось прорвать кольцо окружения и 30 апреля выйти в район Лукенвальде, а частью сил - даже в район восточное Беелитц. Однако в этих районах 1 мая силами резервов обе группы были окружены и взяты в плен. Попытки 12-й немецкой армии, спешно сформированной к западу от Берлина, перейти в наступление в восточном направлении и прорвать советскую оборону на внешнем фронте окружения ни к чему не привели. Общие потери вражеской группировки, окруженной юго-восточнее Берлина, составляли убитыми более 60 тыс. солдат и офицеров, пленными - до 120 тыс.

Окруженный в Берлине противник был ликвидирован глубокими ударами, наносившимися со всех сторон по направлению к центру города. Подобные удары имели целью отсечь целые районы и уничтожить врага по частям. Ликвидация берлинской группировки, насчитывавшей более 200 тыс. человек (гарнизон Берлина), проходила в ожесточенных уличных боях. Немецкие солдаты оказывали упорное сопротивление. Они ожесточенно дрались за каждый квартал, за каждый дом. В данных условиях тактика советских войск заключалась в действиях штурмовыми отрядами и штурмовыми группами, которые составляли основу боевых порядков стрелковых и танковых соединений. Приступив 26 апреля к расчленению противника, советские войска уже 28 апреля вышли к центральному сектору Берлина и развернули бои за него. На следующий день берлинская группировка была рассечена на три изолированные части, командование которыми фактически было нарушено.

В течение 30 апреля развернулись наиболее ожесточенные бои за рейхстаг, здание которого являлось одним из важнейших узлов сопротивления центрального сектора обороны Берлина. Подступы к нему прикрывались р. Шпрее, многочисленными крупными каменными зданиями и простреливались огнем зенитной артиллерии. Здание рейхстага было приспособлено к круговой обороне: все оконные и дверные проемы заделаны кирпичом, отверстия оставлены лишь для бойниц и амбразур. В нескольких метрах от здания находились железобетонные лоты, а в 200 м проходили траншеи с пулеметными площадками и ходами сообщения, соединявшими траншеи с подвалом здания. Рейхстаг оборонял гарнизон из нескольких тысяч офицеров и солдат, в том числе 1 тыс. моряков из морской школы г. Росток, заброшенных в этот район на парашютах.

Штурм рейхстага начался перед рассветом 30 апреля. К зданию германского парламента устремились 150-я и 171-я стрелковые дивизии, которыми командовали генерал В.М.Шатилов и полковник А.И.Негода. Первая попытка овладеть зданием с ходу окончилась неудачей. Началась тщательная подготовка штурма. Захват рейхстага советское командование поручило 79-му стрелковому корпусу 3-й ударной армии, которым командовал генерал-майор С.Н.Переверткин. Для поддержки атаки пехоты только для ведения огня прямой наводкой было сосредоточено 135 орудий, танков и самоходных артиллерийских установок. Еще десятки пушек, гаубиц и реактивных установок вели огонь с закрытых позиций. С воздуха штурмующих поддерживали эскадрильи 283-й истребительной авиационной дивизии полковника С.Н.Чирвы.

В 12 часов началась артиллерийская подготовка. Через полчаса пехота ринулась на штурм. Ей оставалось преодолеть всего 250 м. Казалось, успех был обеспечен. “Вокруг все ревело и грохотало, - вспоминал полковник Ф.М.Зинченко, полк которого входил в 150-ю стрелковую дивизию. – Кому-то из командиров и могло показаться, что бойцы если еще не достигли, то вот-вот достигнут заветной цели... Вот и полетели по команде донесения. Ведь все так хотелось быть первыми.”

Генерал Шатилов сначала по телефону, а затем и письменно сообщил командиру 79-го стрелкового корпуса генералу С.Н.Переверткину, что в 14 часов 25 минут стрелковые батальоны под командованием С.А.Неустроева и В.И.Давыдова ворвались в рейхстаг и водрузили на нем знамя. В данное время подразделения продолжают очищать здание от немцев. Столь долгожданная весть понеслась дальше – в штабы 3-й ударной армии и 1-го Белорусского фронта. О ней сообщило советское радио, а следом и зарубежные радиостанции. Военный совет фронта приказом от 30 апреля уже поздравил воинов с одержанной победой, объявил благодарность всем солдатам, сержантам, офицерам 171-й и 150-й стрелковых дивизий, и разуметься генералу Переверткину и обязал военный совет армии представить наиболее отличившихся к наградам.

К рейхстагу устремились военные кинооператоры, фотокорреспонденты и журналисты. Увиденное разочаровало: штурмующие батальоны по-прежнему вели бои на подступах к зданию, где ни одного советского солдата и ни одного флага не было.

Третья атака началась в 18 часов 30 минут. Под прикрытием артиллерийского огня советские воины ринулись в последнюю стремительную атаку на рейхстаг. Подразделения 1-го стрелкового батальона 380-го стрелкового полка (командир старший лейтенант К.Я.Самсонов), 1-го стрелкового батальона 756-го стрелкового полка (командир капитан С.А.Неустроев) и 1-го стрелкового батальона 674-го стрелкового полка (командир капитан В.И.Давыдов) через проломы в стенах ворвались в здание рейхстага. Об этом было доложено генералу Шатилову. Он в свою очередь приказал очистить здание от противника и “немедленно установить на его куполе знамя военного совета армии!”. Знамя военного совета было укреплено в ночь на 1 мая сержантами М.А.Егоровым и М.В.Кантарией. Кроме знамени военного совета армии на здании рейхстага было укреплено много других флагов. Первый флаг водрузила группа В.Н.Макова, которая атаковала вместе с батальонов Неустроева. Возглавляемые капитаном старшие сержанты А.П.Бобров, Г.К.Загитов, А.Ф.Лисименко и сержант М.П.Минин сразу же бросились на крышу рейхстага и укрепили флаг на одной из скульптур правой башни дома. Произошло это в 22 часа 40 минут, что на два-три часа раньше водружения флага, которому историей суждено было стать Знаменем Победы.

В боях за рейхстаг было убито и ранено более 2000 солдат и офицеров противника, уничтожено 28 орудий, захвачено 2604 пленных, 1800 винтовок и автоматов, 59 орудий, 15 танков и штурмовых орудий.

2 мая гитлеровцы прекратили сопротивление в Берлине, и советские войска полностью овладели городом. Соединения 2-го Белорусского фронта к концу операции вышли на Эльбу и к городам Шверин и Росток, где и встретились с английскими войсками. Часть сил 3-й танковой армии гитлеровцев была прижата к морю и ликвидирована, другая часть сдалась в плен англичанам.

К началу мая войска 1-го Украинского фронта обескровили герлицкую группировку противника, которая в 20-х числах апреля нанесла контрудар крупными силами танков.

8 мая фашистская Германия подписала Акт о безоговорочной капитуляции.

Вот что пишет в своей книге "Берлин, май 1945" военная переводчица Елена Ржевская: “Утром 9 мая…
…по улице в обнимку ходили красноармейцы. В ожидании чего-то необыкновенного, какого-то неописуемого торжества и веселья, каким должен быть отмечен этот долгожданный День Победы, пока что кое-кто уже отплясывал, где-то пели. Девушки-военные срочно стирали гимнастерки…
…Тягач тянул куда-то орудие, и на стволе, как и на боту повстречавшегося нам грузовика, еще сияли буквы: “Даешь Берлин!”
Красноармейцы, и пушки, и машины – все было на местах. Все осталось как прежде. И вместе с тем все внезапно становилось иным.
Пушкам – не стрелять больше, солдатам – не идти в атаку. Долгожданный мир пришел на землю и не только те далекие бои на волжских берегах, но и совсем еще близкие бои дни ни с чем не сравнимого подъема духа, когда рвались на Берлин, сегодня становится историей.”

Общее положение в Берлине во время берлинской операции.
Воспоминания жителей Берлина.
С началом штурма советскими войсками Берлина, его жители теперь называли свой город не иначе, как “погребальный костер рейха”. Потери мирных граждан от огня артиллерии и развернувшихся боевых действий на улицах города постоянно возрастали. Капитан из 2-й гвардейской танковой армии Ратенко, уроженец Тулы, постучал в дверь подвала, находившегося под домом в северо-западной части Берлина. Поскольку никто не ответил, он вошел в помещение и сразу же был убит очередью из автомата. Его боевые товарищи немедленно открыли ответный огонь. Они убили самого стрелка, очевидно, немецкого офицера, переодевшегося в гражданскую одежду, а также женщину и ребенка. В докладе говорилось, что затем советские солдаты окружили весь дом и подожгли его.

Органы СМЕРШа первым делом интересовались выявлением переодевшихся в гражданское платье немецких военнослужащих. Была создана даже поисковая группа, в состав которой входила специальная “ищейка” - член нацистской партии с 1927 года. Он обещал помогать советским офицерам в обмен на сохранение его собственной жизни. В общей сложности с помощью этой группы было обнаружено двадцать человек, включая одного полковника. Еще один офицер - как говорилось в отчете о проделанной работе, - когда в его дверь постучали, убил вначале жену, а затем выстрелил в самого себя.

Военнослужащие Красной Армии также использовали местные телефонные линии. Однако они делали это больше для развлечения, чем для получения информации. Во время зачистки зданий они подходили к телефонному аппарату и набирали первый попавшийся номер. Если отвечал голос на немецком языке, солдаты безапелляционно объявляли о своем прибытии в столицу рейха. Все это, как свидетельствовали политические работники, “чрезвычайно удивляло берлинцев”. Среди советских солдат стали возникать “ненормальные явления”, которые включали и грабежи, и езду в нетрезвом виде на автомобилях, и нарушения морального кодекса военнослужащего.

Но многие настоящие фронтовики вели себя достойно. Когда одно из подразделений саперов вошло в жилое помещение, встретившая их пожилая женщина сказала, что ее дочь больна и лежит на кровати. Определенно она хотела тем самым защитить дочь от возможного насилия. Советские солдаты даже не стали проверять правдивость слов женщины, а дали ей кое-какие продукты и ушли в другое место. Однако другие солдаты могли оказаться менее жалостливыми. Их поведение объяснялось “жестоким влиянием самой войны”, они так же действовали на территории противника, как немцы - на советской земле. Один из историков отмечал, что с приходом советских войск поднялась волна насилий над женщинами, которая затем довольно быстро затихла.

Из заявления инженера Рихарда Штумпфа: “Моя искренняя благодарность Советскому правительству безгранична. Русские не только обеспечивают нас продуктами, но и устанавливают разные нормы питания. Выделены рабочие тяжелых профессий, выделены ученые, профессора. Мы ясно видим, что Советское командование ценит работников умственного труда.”

Из заявления жительницы Берлина домохозяйки Елизаветы Штайм: “Нацисты говорили, что большевики расстреливают все семьи, в которых кто-нибудь участвовал в войне против России. Я решила открыть вены своим детям и покончить жизнь самоубийством. Но мне было жалко детей, я спряталась в подвал, где мы просидели голодными несколько суток. Неожиданно туда зашли четыре красноармейца. Они нас не тронули, а маленькому Вернеру даже дали кусок хлеба и пачку печенья. А сейчас мы видим, что все Советское командование беспокоиться о том, чтобы население не умирало с голоду”.

Из заявления профессора берлинской консерватории Рудольфа Круна: “Мы не ожидали такого отношения Красной Армии к нам, ибо верили гебельсовской пропаганде о зверствах русских. А о таком снабжении мы даже и не мечтали. Многие из нас были убеждены в том, что придется влачить голодное существование”.

Итоги Берлинской операции.
Исключительно важное значение имеет Берлинская операция в развитии советского военного искусства. В боевых действиях войск в этой операции, в мероприятиях командования отразился весь огромный опыт, накопленный Советской Армией и ее полководцами за предыдущие годы войны. Для Берлинской операции особенно характерным являлось сочетание стремительных ударов с расчленением основной группировки противника, окружением и уничтожением ее по частям.

Вермахт, долгое время кичившийся своей непобедимостью, был наголову разбит Советской Армией. Знамя Победы, поднятое советскими войсками над зданием рейхстага, явилось символом победоносного окончания тяжелой и кровопролитной войны, которую советский народ и его Вооруженные Силы вели во имя свободы, чести и независимости своей социалистической Родины и во имя освобождения народов Европы.

Исторический день 9 мая, день окончательного разгрома Германии был объявлен указом Президиума Верховного Совета Союза ССР днем Праздника Победы.


Источники:
1. Allen W., Muratoff P., "The Russian Campaigns of 1943-1945", Penguin books, 1946
2. Воробьев Ф., Кравцов В., "Победа Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне 1941-1945", М., 1954
3. Замятин Н., "От Вислы до Одера", М., 1947
4. Платонов С., Павленко Н., Паротькин И., "Вторая Мировая война 1939-1945 гг. Военно-исторический очерк", Воениздат, М., 1958
5. Бивор Э., "Падение Берлина. 1945", АСТ; Транзиткнига, 2004
6. "Великая Отечественная война, 1941-1945", Наука, 1999
7. "История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941-1945", 1963
8. "История Второй мировой войны, 1939-1945", 1980
9. "Вторая мировая война": Итоги и уроки", 1985

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

document.write("<\/a>") //--> Яндекс цитирования
Военно-исторические ресурсы
Copyright © 2003-2014 WELTKRIEG.RU